Книга Я тебя спасу, страница 21 – Инна Инфинити

Я не успеваю закончить мысль, потому что малолетка, за секунду взяв себя в руки, бросает на меня дерзкий взгляд и тут же избавляется от кофты. Небрежным движением кидает ее на кровать и остается стоять передо мной в соблазнительном бюстгальтере красного цвета.

— Лифчик тоже снимать, Евгений Борисович?

И не дожидаясь от меня ответа, стягивает с плеча одну лямку.

Я цепенею. Как дурак, стою таращусь на спущенную вниз по плечу лямку бюстгальтера. Прихожу в себя, только когда малолетка берётся пальцами за вторую лямку.

— Нет, лифчик снимать не надо, — отмираю и силой заставляю себя оторвать глаза от сисек девчонки.

Во время операции мне, конечно, было не до ее прелестей. Я был слишком занят тем, чтобы спасти малолетке жизнь. Так что когда минуту назад я сказал девчонке, что все у нее рассмотрел, пока она лежала на операционном столе, я слукавил. Поэтому сейчас мне крайне трудно удерживать взгляд на уровне ее лица и не спускаться глазами ниже.

Малолетка — красивая и сексуальная. А еще дерзкая и острая на язык. Очевидно: у нее строптивый колючий характер. Этим она цепляет.

— Точно, Евгений Борисович?  — выгибает бровь. — Бюстгальтер не помешает снятию шва? Вдруг нитка застрянет?

Тяжело сглатываю. Член в джинсах предательски дергается и начинает наливаться кровью. Твою ж мать… Нет, только не сейчас и только не на нее. Мой член не может стоять на нее. Она еще мелкая и глупая. Сколько ей? Двадцать два? Малая еще.

Блядь, соберись, Архипов. Ты что, реально потек по малолетке?

— Кхм, — собираю всю волю в кулак и приказываю своему члену угомониться. Делаю к малолетке несколько шагов, подрезаю нитку ножницами и резко тяну.

— Аааааай, — заходится криком на всю квартиру. — Господи, что ж так больно!?

— Готово, — демонстрирую ей нитку.

Малолетка скрючилась в три погибели, сморщившись от боли.

— Почему вы не сказали, что это больно? — скулит.

— Так было бы неинтересно.

Девчонка выпрямляется, делает жадный глоток воздуха через рот. Ее глаза налились слезами.

— Было очень больно.

— Сочувствую.

Малолетка опускает глаза ко шву. Я автоматически вслед за ней, но смотрю не на него, а снова на соблазнительную девичью грудь. У меня аж в глазах свербит от того, как аккуратные полушария поднимаются вверх на каждом вдохе.

— Он на всю жизнь останется?

— А? — даже не сразу понимаю, о чем она спрашивает.

— Шов останется на всю жизнь?

— Н-нет, должен рассосаться за пару лет.. — мямлю.

Она глубоко дышит, грудь соблазнительно вздымается на каждом вдохе. По-хорошему, мне бы еще шов осмотреть при ярком свете. Но, боюсь, это выше моих сил.

— Следи, чтобы шов не гноился. Если увидишь, что из него сочится жидкость, скажи мне.

— Хорошо.

— Располагайся в квартире. Если проголодалась, найди что-нибудь в холодильнике.

— Хорошо.

— Можешь идти.

Кивнув, девчонка хватает с кровати кофту и быстро удаляется из моей спальни.

Только после ее ухода я спокойно выдыхаю.

Направляюсь в душ и врубаю на полную холодную воду, чтобы остудиться. Блядь, малолетка меня уделала. Я решил немного разыграть ее со снятием кофты, а она не растерялась и сразу уложила меня на лопатки. А с ней опасно так шутить. И палец ей в рот не клади, того и гляди — откусит руку по локоть. Тяжело мне придется с ней под одной крышей.