Книга Развод с мужем. После, страница 66 – Инна Инфинити

При Насте стараюсь держаться бодро и не плакать. Матвей привёз ее любимые книги, когда дочка не спит, я ей читаю. А когда ребёнок засыпает, я изучаю все ссылки про сахарный диабет первого типа у детей, которые мне присылает Матвей. Информации очень много, из-за нервов и шокового состояния, которое до сих пор сохраняется, плохо получается усваивать.

Потом бывший муж присылает мне ссылку на чат родителей детей с сахарным диабетом. Он оказывается полезнее всего. Главный вывод, который я делаю, пообщавшись с другими родителями: жить можно, и даже неплохо, если научиться покрывать инсулином все, что съедает ребёнок.

На пятый день нас переводят из реанимации в отделение эндокринологии. Дозы инсулина подобраны, состояние Насти вне опасности. С нами в палате двое детей тоже с сахарным диабетом. У одного мальчика семи лет только выявили, его мама в таком же потерянном состоянии, как я. А у второй девочки девяти лет диабет давно, они легли на плановое обследование.

— Каждый год надо будет ложиться в больницу на обследования? - спрашиваю у мамы этой девочки, Марины. Я решила побольше с ней общаться, тем более она сама охотно идёт на контакт.

— Не обязательно, я просто очень тревожная, на всякий случай. Тут хорошие врачи, они тщательно смотрят ребёнка. Ну и в целом есть общая рекомендация раз в год планово обследоваться. Можно самим амбулаторно это делать, можно ложиться в стационар. Нам удобнее один раз лечь и сразу все сделать.

— И как вам живётся с диабетом? - скашиваю глаза на ее дочку. Девочка выглядит абсолютно нормальной и здоровой. Сидит за столом, делает домашнее задание по английскому.

— Уже привыкли, приспособились быстро. Главное разобраться в компенсации.

— Что такое компенсация?

Я никак не могу понять диабетическую терминологию.

— Поддержание глюкозы в норме. Нужно держать сахара в диапазоне 4-10. Это и есть компенсация. Тогда всё будет хорошо.

— Вы соблюдаете диету?

— На ежедневной основе у нас просто сбалансированное правильное питание, но, конечно, бывают праздники, дни рождения, застолья, гости. Там дочка все ест. Да и так может попросить что-нибудь вкусненькое. Я сама не покупаю ей сладкое, но если просит - не отказываю.

— И что вы делаете, когда она ест сладкое?

— Колю на него инсулин.

— И так можно?! - ужасаюсь.

— Какая разница, что ест ваш ребёнок, если у него сахар в норме? Ваша задача правильно компенсировать, что бы он ни ел: хоть тушеные кабачки, хоть кусок торта.

— Но разве при диабете не вредно есть сладкое?

— Если уж на то пошло, то сладкое всем вредно есть: и больным, и здоровым. Это плохие неполезные углеводы. Я не сторонница того, чтобы держать ребёнка на голодном пайке. По-моему, так делают только те родители, которые не хотят учиться компенсации. Им проще морить ребёнка голодом, чем пытаться держать сахара в коридоре 4-10, позволяя ребёнку нормально по-человечески питаться.

Примерно то же самое мне говорит и наш лечащий врач. Приятная женщина-эндокринолог знакомство со мной начинает с того, что ни в коем случае нельзя сажать ребёнка на безуглеводную диету. Детям для развития требуется определенное количество углеводов в сутки. Желательно получать их из полезных продуктов - фруктов, овощей.

— Не должно быть крайностей, - учит меня. - Все должно быть в меру. Ваша задача как родителя - компенсировать инсулином все, что ест ваш ребёнок. Сахара должны быть в коридоре 4-10, а гликированный гемоглобин до 6,5. Если вы будете укладываться в эти цифры, значит, с вашим ребёнком все будет хорошо.