Книга Мне нельзя тебя любить, страница 84 – Инна Инфинити

Хотя именно с этим человеком расслабляться нельзя.

Быстро спускаюсь на первый этаж. Свет на кухне не горит. Значит, Алина в своей спальне. Быстро одеваюсь, выхожу во двор, сажусь в автомобиль и еду к Ире. Решаю не открывать дверь своим ключом, а позвонить в звонок.

— Лев? — удивляется, открыв дверь. — Ты же говорил, что сегодня не приедешь.

— Соскучился.

Не успев переступить порог, притягиваю к себе Иру и целую. Она такая тёплая, домашняя и уютная, когда на лице нет макияжа, волосы не собраны в строгий пучок, а из одежды вместо делового костюма простая майка и домашние шорты.

— Ты такой холодный с улицы, — смеется. — Я даже мурашками покрылась.

— Ты покрылась мурашками не от холода, а от моего поцелуя.

— Как самоуверенно!

— Хочешь сказать, нет?

Закатывает глаза. Снова не хочет признаваться. Целую лицо, шею, прижимаю к себе. Никогда бы раньше не подумал, что рядом с девушкой можно испытывать такие чувства. Это больше, чем желание секса. Это желание просто находиться рядом с ней, даже когда этого самого секса нет, даже когда она болеет, злится, ругается и переходит мне дорогу на выборах.

— У меня там сейчас котлеты сгорят, — пытается выпутаться из моих объятий.

— Ммм, котлеты? Я как раз не ужинал. А борща нет?

— Нет!

— А ты мне обещала сварить, — напоминаю.

— Это было сказано на камеру для шоу, — Ира торопится на кухню, откуда доносится вкусный запах.

Снимаю куртку, вешаю на крючок, разуваюсь. Ловлю себя на том, что на душе радостно и легко. Алина со своими интригами вылетела из головы, как пробка. Иду не к Ире на кухню, а в гостиную. На письменном столе разложены бумаги. Бросаю на них короткий взгляд и хочу сесть на диван, но содержание документов заставляет меня притормозить.

Это документация по предвыборной гонке. Несколько маркетинговых исследований предпочтений жителей Печорска, пара соцопросов, что-то про детские дома…

— Это не для твоих глаз! — раздается строгий голос Иры за спиной.

Она спешит к столу, чтобы собрать бумаги.

— Я даже не успел их рассмотреть.

Самойлова мигом напряглась и помрачнела. Складывает бумажки быстро-быстро, видимо, еще и нервничает, раз они выпадают у нее из рук.

— Давай мы договоримся, что ты больше не будешь приезжать ко мне без предупреждения?

— Ир, хватит, — обнимаю ее со спины. — Ты слишком серьезно относишься к этим выборам.

— Это не я слишком серьезно к ним отношусь, а ты слишком уверен в своей победе.

— А ты считаешь, что может победить кто-то кроме меня?

— Да, я.

Не могу удержаться и смеюсь. Самойлова тут же пихает меня локтем в бок.

— Меня даже оскорбляет, что ты так меня недооцениваешь, — в ее голосе звучит обида.

— Зачем тебе это?

— Что за вопрос? А зачем всем людям победа?

Я забираю бумаги из ее рук и опускаю их на стол обратной стороной, чтобы Ира не переживала, что я могу там что-то рассмотреть. Разворачиваюсь Самойлову к себе.

— Ну вот скажи мне, ты хотя бы знала, что в России существует город под названием Печорск? Только честно.

— Раз я сюда приехала, конечно, знала!

— Хорошо, спрошу по-другому. Когда именно ты узнала о существовании Печорска на карте России?

Ира молчит. Я терпеливо жду от нее ответа. В тишине слышно, как шумно Самойлова дышит. И чем больше времени проходит, тем грустнее становится ее лицо.