Книга Люблю тебя, страница 122 – Инна Инфинити

— Какие ответы!? Замуж — не хочу. Детей — не хочу. У меня нет к тебе доверия, Ник. У тебя футбол был, есть и будет на первом месте. Это сейчас ты в Мюнхене, повезло, что он близко к Москве. А если ты уедешь играть в Австралию? В США? В Латинскую Америку? Что тогда? Я как жена декабриста должна везде за тобой следовать? Нет, Ник, этого не будет. Единственный раз, когда я хотела с тобой поехать, ты меня не взял. Больше я за тобой никуда не поеду!

Я все-таки обхожу Никиту и стремительно шагаю в спальню. Достаю из шкафа чемодан и принимаюсь бросать в него свои вещи. Свиридов становится в дверном проёме и наблюдает за этим, скрестив руки. Не останавливает меня. А я твердо намерена убраться из его квартиры. Не получается у нас ничего. Слишком разные жизненные приоритеты.

— И что, по-твоему, я должен сделать? — спрашивает, сквозь плотно сжатую челюсть. — Бросить футбол?

— А почему бы и нет?

Он смеется. Просто стоит и смеется.

— Что смешного?

— Твоя наивность.

Бросаю в чемодан платье и разворачиваюсь корпусом к Никите.

— Хорошо, предположим, я бросил футбол. Чем мне заниматься? Ты в курсе, что я ничего в жизни не умею, кроме как пинать мяч?

— Тебе следовало подумать об этом, когда выбирал профессию футболиста.

— А, я еще умею водить машину, — продолжает, не обращая внимания на мои слова. — Могу пойти работать таксистом.

— Лучше школьным учителем по физкультуре, — даю ему подсказку и принимаюсь бросать в чемодан другие вещи. — В общем, не пропадёшь. Где-то же работают футболисты на пенсии.

Никита играет желваками, молча наблюдая за тем, как я собираю вещи. Не то чтобы я хочу, чтобы он меня остановил, но немного в шоке, как легко Свиридов меня отпускает. Я шагаю мимо него из комнаты, захожу в ванную и сгребаю свою косметику. Возвращаюсь обратно в спальню и бросаю в чемодан.

Слезы колют глаза. Против моей воли слезинки катятся по лицу. Никита их видит, но ничего не делает. Я не могу найти свои туфли и начинаю психовать. Свиридов молча наблюдает за моей истерикой. А потом добиват фразой:

— Я не брошу футбол. Но это не значит, что ты для меня менее важна.

— Из-за твоего проклятого футбола я чуть не умерла!!!! — ору в слезах. — Ненавижу твой футбол! Ненавижу!

— Я сделал все от меня зависящее, чтобы всех найти и наказать. Если ты думаешь, что я не чувствую себя виноватым за произошедшее с тобой, то это не так. Но, блядь, не я же заказал нападение на тебя! Я вообще не мог такое предвидеть!

— А если на меня снова нападут!?

— Больше такого не повторится. Ни один клуб на такое никогда не пойдет, даже если у кого-то и были подобные мысли.

— Спасибо, успокоил.

Я возвращаюсь к шкафу и принимаюсь снимать с вешалок оставшиеся вещи. Туфли так и не нашла. Ну и фиг с ними.

— Я не понимаю, что еще я должен сделать, чтобы ты поверила в мои чувства, чтобы ты поняла, как важна для меня.

— Не забей пенальти на Чемпионате мира.

— Что!?

— Не забей пенальти на Чемпионате мира, — повторяю громче. — Специально. Тогда поверю, что я для тебя на первом месте.

— Ты несешь бред!

— Другого ответа я от тебя и не ожидала.

— Ты хоть понимаешь, какая на мне ответственность!?

— Боже, да какая ответственность!? — взмахиваю руками. — Вы все равно вылетите оттуда с позором, как всегда. Кто-то вообще верит, что Россия может выиграть Чемпионат мира по футболу? Ты, Ник, если мечтал стать чемпионом мира, то лучше бы шёл в хоккей.