Книга Тихое счастье, страница 11 – Елена Архипова

— Дети сами разберутся, поверь! Взрослые уже все: и твои, и мои! А я предлагаю выпить за тебя, Анюта.

— Оля! – Анна поняла, о чем собирается сказать подруга дальше, и попыталась остановить ее, но та сама ее остановила, показав на рюмку и призывая выпить. Анна подчинилась, и Ольга упрямо продолжила свою мысль:

— Ань, твоего Пашки уж второй год нету, можешь уже и заканчивать с трауром. Даже официальным! Пора бы уже начать в свет выходить. Никто не осудит тебя за это, поверь.

— Оль, ну, в какой свет, в самом деле? Я же не светская львица. Если и выходила в тот самый свет, то всегда с Пашкой.

— Ага, как его личная тень! – поддакнула Ольга и разлив им все-таки еще по рюмочке, что были размером с наперсток, подняла свою и произнесла:

— Ну, ничего, я из тебя снова сделаю красавицу! Теперь то ты от меня не отвертишься! Фигура, не у каждой молодухи такая есть, а ты ее под эти свои балахоны прячешь. Смотреть больно, честное слово, Ань! В общем, за тебя, подруга! За новую тебя и за новый этап в твоей жизни! Предлагаю завтра же и начать твой новый этап. И не спорь со мной, подруга, а лучше пей и слушай:

— Завтра же поедем с тобой по магазинам. Будем менять твой стиль в одежде!

Анна, зная, что подругу не переспорить, выпила, а потом все-таки попыталась сказать:

— Оль, ну, ты же знаешь, что Пашка… – начала было Анна, но была опять остановлена подругой:

— Вот сейчас лучше помолчи, Ань, правда, помолчи! Пашка то, Пашка се! Слышать больше этого не могу! – завелась неожиданно подруга. – Всю свою жизнь ты жила по указке своего Пашки. Ты под него прогибалась, а он и пользовался этим, гад! Пользовался и не ценил!

— Оля! – Анна попыталась осадить подругу.

— Что «Оля»? Что «Оля»? Чтоб его там, – Ольга ткнула пальцем в направлении пола, – чертовки залюбили до… Ну, ты поняла, короче говоря! Всю жизнь твой Пашка кобелем прожил, тебя ни в грош не ставил. Принеси, подай, иди на три буквы, не мешай! Тьфу, прости господи! Еще и тебе указывал, что тебе можно носить, а что нет. Видеть больше не могу эти твои балахоны, Аня!

— Оль, это не балахоны, а стиль бохо, – улыбнулась Анна. – К тому же, мне и самой этот стиль нравится.

— Вот пусть это бохо носят те, кто не может фигурой похвастаться! Завтра же в магазин поедем, обновы тебе покупать! – отрезала подруга. – И даже не спорь со мной, подруга. Все! Пора тебе начинать новую жизнь! Окапалась тут в своей норе и сидишь, носу на улицу не показываешь! Выходы в продуктовые магазины не считаются, Ань! Прими ты уже тот факт, что Пашка твой кобелем был, кобелем жил и помер как кобель! Ты ему и уют, и вкусные обеды-ужины, а он тебе что? Букет цветов после своего рандеву? И ладно бы еще золото-брильянты дарил, а то цветы! – Ольга произнесла это презрительно. – Три дня цветочки в вазе постояли, завяли, ты их выкинула, а твой Пашка по новой пошел доказывать себе и другим, что он еще кое-чего может в койке. Скажешь, не так все было?

Анна согласно кивнула, а Ольга зло усмехнулась и задала следующий вопрос:

— Тебе-то перепадало мужниной ласки хоть иногда, или все на сторону уходило?

— И перепадало, и дарил! – улыбнулась грустно Анна и продолжила, удивив своим откровением подругу:

— Перепадало, да не часто. Правда, я и сама уже не хотела ничего с ним, зная о его подвигах на стороне, даже спали мы с ним в последний год хоть и в одной постели, но под разными одеялами, – Анна грустно улыбнулась и кивнула на удивленный взгляд подруги. – И подарки он мне тоже, Оль, дарил. Только не носила я все эти кольца-браслеты, подаренные им, не могла я все это носить, зная, почему именно они мне были подарены.