Книга Мое влечение, страница 4 – Кирра Вейн

Истерика накрывала меня с головой, и я уже не могла её сдерживать. Я плакала навзрыд, закрыв лицо руками, не в силах остановиться. Трясло всё тело, дыхание сбивалось, в груди разрастался тугой комок боли и страха.

Дверь снова открылась.

Я подняла голову. Сероглазый вернулся. Он вошёл в квартиру, закрыл за собой дверь и остановился в проходе. Секунду он просто смотрел на меня. Потом — медленно, почти осторожно — подошёл ко мне.

Мужчина опустился на корточки передо мной, и теперь его лицо было на одном уровне с моим. Я видела каждую морщинку вокруг его глаз, каждую ресницу. От него всё ещё пахло порохом и потом, но в этом запахе уже не было угрозы. Или мне так казалось, потому что я была на грани обморока.

— Юлия Михайловна, — начал он, и голос его звучал официально, сухо, почти по-военному. — Я приношу вам свои искренние извинения от лица нашего подразделения. Произошла досадная ошибка. В связи с определёнными обстоятельствами нам был передан неверный адрес объекта. Мы ворвались к вам по ошибке.

По ошибке.

Я смотрела в его светлые глаза и не верила своим ушам. По ошибке. Восемь вооружённых людей ворвались ко мне в квартиру с оружием, перевернули всё вверх дном, довели меня до истерики — и это была ошибка?

— По... ошибке? — прошептала я, голос сорвался на новый всхлип. — По ошибке?! Боже... Я думала, вы меня убьёте! Я думала...

Я не договорила. Меня накрыло новой волной рыданий, и снова закрыла лицо руками. Я не могла дышать, воздух застревал в груди, слёзы текли сквозь пальцы.

И вдруг я почувствовала, как что-то во мне переключилось. Какой-то животный, инстинктивный порыв. Мне нужно было прикосновение. Человеческое, тёплое, настоящее. Чтобы кто-то обнял меня, чтобы я почувствовала, что не одна, что я жива, что это не сон.

Не знаю, что на меня нашло. Может быть, шок.

Я резко придвинулась к нему, прямо на коленях, и обхватила его руками за шею.

Он застыл. Всё его тело напряглось, как стальная пружина. Я ощутила, как под его формой перекатываются мышцы — каждая, до единой. Он не дышал. Секунду, другую. Я вцепилась в него, прижимаясь всем телом, мокрые волосы прилипли к его плечу, полотенце сползло чуть ниже, но я не обращала на это внимания. Просто хотела, чтобы кто-то держал меня. Чтобы страх отпустил.

И — о, боже — он медленно, очень медленно, поднял руки и обнял меня в ответ. Сначала неуверенно, пальцами коснулся моей спины, а потом сильнее, притягивая к себе. Его ладонь легла мне на затылок, другая — на талию, и он прижал меня к своей груди.

Я чувствовала, как бьётся его сердце. Стучит быстро, ровно, но чуть быстрее, чем у обычного человека. Или это моё так колотится, и я просто путаю?

— Тише, — сказал он негромко, почти шёпотом. — Тихо. Всё уже позади.

Его голос изменился. Стал мягче, глубже, и в нём прорезалась та самая нотка, которую я не могла объяснить.

Уткнулась лицом в его плечо и заплакала ещё сильнее.

И я вдруг поняла: я никогда не обнимала мужчину вот так. По-настоящему.

Он чуть отстранился, заглянул мне в глаза. Светлые, почти прозрачные, с серебряными искрами. И в них больше не было холода. Только лёгкое замешательство.

— Всё хорошо, — сказал он, успокаивающе. Но как будто не меня, а себя.

Мы смотрели друг на друга. Тишина повисла между нами.