Книга Мое влечение, страница 51 – Кирра Вейн

Все дни, что я была дома, он никогда не писал первым. Ни разу. Вообще. Каждое сообщение начиналось с меня. Я отправляла сообщения — он отвечал. Коротко, сухо, иногда с лёгким сарказмом, иногда просто смайликом. Но чтобы сам — нет. И тем более не звонил. Телефон молчал часами, и я смотрела на тёмный экран, как на запертую дверь, в которую никто не стучится.

Наша переписка превратилась в странный ритуал: я отправляла ему снимки — завтрак на веранде, закат за окном, своё улыбающееся лицо на фоне цветущих яблонь. Он смотрел, оценивал, иногда просил ещё. И я, как дура, снова тянулась к телефону, снова искала ракурс, снова ждала его реакции. Это было похоже на игру, где я каждый раз делала первый ход. И каждый раз надеялась, что он сделает ответный.

Вечером я лежала в кровати. В комнате горела только настольная лампа, мягкий свет обволакивал стены, делая их золотистыми. За окном стрекотали сверчки, где-то вдалеке лаяла собака. Тишина. И я — с телефоном в руках, с этим дурацким желанием написать ему. Опять. Снова.

Взяв телефон, быстро набрала.

Я: «Привет! Я возвращаюсь в воскресенье. В 12 часов дня прилетаю».

Он ответил почти сразу.

Руслан: «Хорошо. Я постараюсь встретить. Если что-то не получится — дам знать».

«Постараюсь». «Если что-то не получится». Я закусила губу так, что почувствовала металлический привкус во рту. Эти слова резали по живому — небрежные, скользкие, как будто он уже придумывал оправдание на случай, если не приедет. Я внутри закипала от разочарования. Но ответила.

Я: «Спасибо, Руслан!»

И снова тишина. Я смотрела на экран. Но мне не хотелось сворачивать диалог. Я хотела ещё. Хотя бы просто слышать его голос в своём воображении, хотя бы читать его короткие, сухие ответы. Да хоть что-то!

Я: «Ты на работе?»

Он появился снова — зелёная точка загорелась, и через пару секунд пришёл ответ.

Руслан: «Можно и так сказать».

Я: «Домой не скоро?»

Руслан: «Редко бываю дома».

Я вздохнула, глядя на его ответы. Ну почему он такой? Почему нужно вытягивать из него каждое слово, каждую букву, как зубами выгрызаешь? Почему он не может просто написать: «Скучаю. Хочу тебя увидеть»? Почему всегда так сухо, так отстранённо? Наверное, он просто не хочет врать? Не хочет давать ложных надежд?

Я уже собиралась отложить телефон, когда экран снова загорелся.

Руслан: «Так что там с фотографиями?»

Я удивлённо приподняла бровь. Он редко сам что-то просил или спрашивал. Это было странно и... интригующе. В его словах мне почудилась лёгкая, хитрая усмешка, и я не могла понять — серьёзно или шутит.

Я: «С какими фотографиями?»

Руслан: «18+ не отказался бы посмотреть, принцесса».

У меня перехватило дыхание. Жар разлился по щекам, а где-то внутри, внизу живота, дёрнулось что-то тёплое и уже знакомое. Он просил откровенные фото? Серьёзно? Я сглотнула, чувствуя, как сердце начинает отбивать бешеный ритм.

Я: «У меня таких нет».

Руслан: «Так сделай. Для меня».

Просто. Без сомнений. Без вопроса. «Сделай». Я смотрела на его предложение, и внутри боролись два желания — послать его к чёрту и сделать то, что он просит. Победило второе. Оно всегда побеждало, когда дело касалось его.

Я встала с кровати, подошла к шкафу и открыла дверцу. На мне была лёгкая домашняя футболка и шорты. Я сняла футболку, оставшись в одном кружевном бюстгальтере — чёрном, с тонкими бретельками. Поправила волосы, сделала несколько глубоких вдохов, пытаясь успокоить бешено бьющееся сердце, и встала перед зеркалом.