Книга Практика для двоих, или Поцелуй по ошибке, страница 75 – Ольга Ярошинская

Вокруг стало светлее, будто солнце изменило ход, и все стало другим. Чужая сила растекалась по моему телу, но я чувствовала непривычную тянущую пустоту. Хотелось большего: сорвать лишнюю одежду, прижаться кожа к коже, впиться пальцами в крепкие плечи и прильнуть губами к губам, почувствовать в себе не только его энергию, которая медленно отступала, как волны в отлив.

— Ух ты, — прошептал Роско, погладив меня по спине.

Переведя дыхание, я посмотрела ему в глаза — сплошной зрачок, а вокруг тонкая мерцающая полоска. Он потянулся ко мне, но я обхватила пальцами его подбородок и повернула голову в сторону. Красная точка была на месте, но теперь ее не отличить от укуса комара.

Роско вытащил из кармана смятый стебель, протянул мне, и я, отогнув зеленый лепесток, не сдержала вздох разочарования — кувшинка.

— А еще мне понравилось, как ты вытащила иголку, — сказал Роско, словно продолжая начатый разговор. — Быстро, четко, решительно. Это не опасно? Ты сама-то не отравилась?

— Яд на другом конце иглы, — ответила я, сползая с его колен. — Возвращаемся?

Я шла в лагерь молча, переваривая пережитое. Тайком посмотрела на ладонь: линия жизни горела полностью, до конца, как будто ритуал не отнял у меня силы, а напротив — прибавил. Роско шагал рядом, и мы снова держались за руки.

— Вообще-то ты тоже мне нравишься, — неуверенно призналась я. — То есть, раньше я думала, ты совсем болван, а сейчас думаю, что не совсем…

— Звучит как начало прекрасной истории, — ухмыльнулся Роско.

* * *

Мы вернулись на пост через два дня, и оставшиеся члены отряда чудом не приняли нас за тварей скверны: чумазые, лохматые, голодные настолько, что комковатая каша бытовичек зашла на ура, парни засыпали прямо в столовке, вымотанные походом.

Пятая и шестая точки были активированы, на четвертую Роско идти не рискнул. Мы обошли ее по дуге, но слышали рев и видели густой туман, выпускающий серые щупальца. Хоть бы ни одно из них не дотянулось до нашего поста.

Роско нашел меня в лекарне, где я перебирала запасы, мысленно благодаря папу за то, что всунул в рюкзак походную аптечку.

— Я понимаю, что достал тебя за эти дни, — сходу начал он, — и ты наверняка устала.

Второе утверждение было верным, а вот первое — нет. Иногда Роско действительно было много, но его кипучая энергия не раздражала, потому что он умел направлять ее в дело.

— Не посмотришь, что у меня? — попросил он, присаживаясь на кушетку. — Сам не пойму: то ли шишка, то ли какая зараза.

Роско успел принять душ, и от него несло мылом. Я склонилась ниже, рассматривая затылок, куда он указывал, и тайком втянула его собственный запах, терпкий и куда более волнующий.

— Вот тут, — сказал он, убрав палец.

Волосы распались на пробор, обнажая проблему.

— Ты только не волнуйся, — начала я, и Роско тут же вскинул на меня взгляд. — Я проходила практику в собачьем приюте, и очень хорошо умею удалять клещей.

— Клещ? — взвился он.

— Сидеть! — рявкнула я, нажав на широкие плечи. — А ну, не двигайся!

Роско страдальчески поморщился, сцепил пальцы в замок, но замер. А я скрутила петельку из нитки, накинула на клеща, который уже насосался крови, и вытянула его как редиску из грядки. Бросила в утилизатор, тот вспыхнул изнутри и погас. Обеззараживающая руна на место укуса — готово.