Книга После развода. Курорт для бывшей герцогини, страница 94 – Диана Фурсова

— Сейчас другое.

— Тогда начни с того, что изменилось.

Кайден посмотрел на Рейнара.

— Наедине.

Эстелия собиралась отказаться.

Потом передумала.

Не потому, что Кайден имел право требовать.

Потому что ей действительно было интересно, что он предложит теперь.

Она повернулась к Рейнару.

— Я догоню вас у земельного архива.

Рейнар посмотрел на Кайдена.

Потом на неё.

— Буду ждать вас там.

Не спорил.

Не спрашивал, уверена ли она.

Не оставался охранять.

Просто ушёл.

Эстелия заметила, насколько это отличалось от привычного поведения мужчин вокруг неё.

И насколько ей это понравилось.

Кайден дождался, пока Рейнар отойдёт достаточно далеко.

— Вы теперь везде вместе?

— Кайден, зачем ты об этом спрашиваешь?

— Он живёт в «Семи облаках».

— Да, на время проверки поселился у нас.

— В комнате рядом с твоей библиотекой.

Эстелия посмотрела на него.

— Даже расположение комнат тебе передали.

Кайден сжал губы.

— Я не собираюсь обсуждать Кальдэна.

— Но начал именно с него.

Ласнер прикрыл глаза.

Эстелия почти пожалела его.

Почти.

Кайден выдохнул.

— Тарсель опаснее, чем кажется.

— Я только что с ним говорила.

— Его нельзя подпускать к проходу.

— Ты нашёл что-то новое?

— Если он получит восточную часть, сможет потребовать сервитут через остальные земли.

— Я знаю, что такое сервитут.

— Тогда понимаешь, чем он сможет связать тебе руки.

— Да. Поэтому я ему и не уступила.

— Марвейры могут остановить его.

Эстелия почувствовала, куда идёт разговор.

— Что ты предлагаешь на этот раз?

— Объединить наши требования.

— Ты называешь наши требования общими?

— Моё право как главы дома Марвейров и твоё как текущего владельца.

— Ты оспариваешь моё право.

— Пока вопрос не решён, да.

— Ты хочешь объединиться со мной, продолжая оспаривать мой дом.

— Эстелия, послушай.

На этот раз в его голосе не было превосходства.

И это заставило её действительно выслушать.

— Если я отзову спор, положение Тарселя станет сильнее.

— Объясни, как это связано.

— Потому что дом Марвейров больше ста лет числился стороной коронных соглашений. Пока мы заявляем преемственность, он не сможет представить старый долг как единственное действующее право на восточную часть.

— Кого ты сейчас включаешь в «мы»?

Кайден сделал короткую паузу.

— Верни владение в состав имущества Марвейров.

— Я владение не верну.

Он поморщился.

— Ты даже не дослушала.

— Хорошо. Договаривай.

— Владение юридически возвращается дому. Ты остаёшься управляющей «Семи облаков» с полной долей дохода.

Эстелия смотрела на него.

— Что значит «полная доля»? Сколько?

— Семьдесят процентов.

Она почти улыбнулась.

— А тридцать процентов моего дохода останутся Марвейрам.

— Дом будет нести судебные расходы, ремонт дороги, переговоры с короной.

— И владеть всем.

— Формально.

— В договоре будет собственник. Я уже знаю, что это значит.

Кайден повысил голос:

— Это даст защиту.

— Мне или имуществу твоего дома?

— «Семи облакам».

— Ты предлагаешь защитить их от Тарселя?

— Да, от него.

— А от твоего требования кто защитит? Ты ещё недавно сам хотел всё вернуть.

Он отвернулся.

На площади проехала телега.

Кто-то поздоровался с Ласнером.

Обычный городской шум странно не соответствовал разговору.

— Я не знал о Тарселе, — сказал Кайден.

— Этому я верю.

Он повернулся к ней.

— Ты веришь мне?