Книга Хаос из книжного на Боевом факультете, страница 2 – Виктория Катаева

Эта живописная, позорная дорожка из шмоток вела через весь коридор прямиком в спальню. Из-за приоткрытой двери оттуда доносился характерный ритмичный шорох, томные вздохи и приглушенный девичий смех.

Внутри всё ухнуло куда-то в бездонную пропасть. Ноги мгновенно налились свинцом и стали ватными, а в висках оглушительно, до глухоты застучала кровь. Едва дыша, чувствуя, как внутри всё леденеет, я пошла по этой позорной тропе. Шаг, еще шаг. Дошла до приоткрытой двери спальни и заглянула внутрь.

На нашей кровати активно скакала Катька - моя «лучшая подруга» из соседнего подъезда, с которой мы еще вчера пили кофе и обсуждали фасон моего будущего свадебного платья. Под ней обнаружился Максим. Они были настолько увлечены процессом, что моего присутствия в дверном проеме даже не заметили.

Руки затряслись так сильно, что пластиковая коробка с тортом едва не выскользнула из пальцев. В голове зашумело, перед глазами всё поплыло, окрашиваясь в серые тона. Горло перехватило болезненным спазмом от мерзкого, банального, грязного предательства. Я на автомате развернулась и на цыпочках, словно воровка в собственном доме, пошла обратно к выходу.

Захотелось просто сбежать, захлопнуть дверь, исчезнуть, раствориться в воздухе, чтобы не видеть этого позора. Но у самой входной двери я замерла, услышав очередной Катькин заливистый, торжествующий смех, донесшийся из глубины квартиры.

И этот смех меня буквально отрезвил. Шум в голове сменился звенящей, кристальной ясностью. В груди вместо липкой обиды закипела лютая, праведная, всепоглощающая злость.

Секундочку. С какого это перепугу бежать должна я?! Это моя квартира, которую я снимаю на свои кровные, честно заработанные деньги! Это мой день рождения!

Я аккуратно, стараясь не помять крем, поставила праздничный торт на обувную полку. Огляделась в поисках оружия возмездия. Взгляд упал на стену. Там висел шедевр советской металлургии - тяжелая, длинная, железная ложка для обуви. Ей можно было отбиваться от стаи голодных волков, и ложка бы победила.

Сжав это орудие справедливости в правой руке, я решительным, строевым шагом направилась обратно в спальню. Голубки всё еще резвились, совершенно не замечая приближения бури.

Я подошла к кровати, прицелилась, резко схватила Катьку за крашеные блондинистые волосы и с силой рванула на себя.

— А-а-а-ай! - ультразвуком взвыла мадам, слетая с Максима.

Она брыкалась, материлась и пыталась уцепиться за воздух, но я, подпитываемая чистым адреналином, железной хваткой потащила эту голую Венеру по коридору. Максим на кровати застыл с открытым ртом, изображая памятник шокированному суслику.

Я дотащила Катьку до двери, распахнула её и одним мощным пинком вышвырнула бывшую подругу на лестничную площадку.

— С днем рождения меня, сучка! - рявкнула я.

Развернувшись, я начала сгребать с пола прихожей её шмотки. Лифчик полетел Катьке прямо в лицо, следом отправились джинсы и кофточка. Дверь я захлопнула с таким грохотом, что, кажется, посыпалась штукатурка.

Повернувшись к спальне, я увидела Максима. Он уже успел частично самоорганизоваться - судорожно завернулся в наш тонкий флисовый плед в цветочек и выглядел крайне жалко. За дверью на площадке в это время продолжала верещать и стучать голая Катька.