Книга База 211. Том первый, страница 120 – Алексей Самылов

Владислав подошел к окну. Ослепительно алый круг солнца уже коснулся моря, подкрасив гребни волн. И хорошо, что окна не выходили на «Пилигрим». Корабль… Он все-таки… Ощущение было такое, словно смотришь на стелу. В смысле, не над братской могилой, а в честь. Понимаешь, что под стелой нет захоронения, но ощущение того, что ради этого памятника погибли люди, не проходит…

…История выходила грязная. Судя по собранным данным, деда целенаправленно толкали к решению сотрудничать с «NTT». А он, дед, имел имя, авторитет. Полжизни в экспедициях, своя команда. И в тот момент, когда он подошел к финишной черте, внезапно стал получать отказы. Везде. А потом вдруг «NTT» спокойно фрахтует российской научно-исследовательское судно… Причем именно то, которое и просил дед. Более того, он на нем до того… ходил, да, так правильно по морскому.

И это, конечно, чистое совпадение, что сейчас «Синяя Птица» и «NTT» находятся в состоянии жесткой конкуренции. Конкуренции не на уровне торговой войны. На прямой вопрос Свеева, могут ли японцы действовать через американцев, Бекасов ответил четко. Не могут, а обязательно так сделают. Если дать им возможность. Именно поэтому «Синяя Птица» изображает сейчас жертву и находиться в режиме осады, вытягивая на себя силы и средства…

Влад помотал головой, словно хотел вытряхнуть эти мысли. Политика… Нет, лезть в эту грязь, это же нужно иметь перед собой четкую необходимость.

Стук в дверь прервал потом мыслей. Влад поднялся с кровати, где сидел, работая с документами, подошел к двери.

— Добрый вечер, — слегка удивленно произнес Владислав, увидев на пороге Николаева.

— Да, — односложно ответил тот. — Вот зашел сегодня. Есть разговор.

— Прошу, — Влад отошел от двери и сделал приглашающий жест.

Николаев молча прошел в комнату и сел на единственный стул. Причем сел так, будто собирался здесь оборонятся.

— Я не знаю, что вы там ищете, — заговорил Альберт. — И желанием узнавать не горю. Но мои люди пойдут с вами на корабль. Хотелось бы сразу обозначить. Они не носильщики. У них будет задача вас охранять.

— Хорошо, тогда и у меня есть один момент, который я бы хотел уточнить, — заговорил Свеев. — Корабль готов к подрыву?

Николаев сощурился.

— Надеюсь, на кнопке сидит адекватный человек? — сделал вывод из красноречивого молчания военного Владислав.

— Вот поэтому я не люблю… — начал было Николаев.

— Альберт Петрович, — произнес Влад. — Любить меня не надо. Я не червонец, чтобы всем нравиться. Мне нужно знать кто, а лучше поговорить с тем, от кого зависит моя жизнь.

— Приказ на подрыв может отдать только Бекасов, — сухо произнес Альберт. — Или координатор.

Его верхняя губа дернулась в намеке на презрительную мимику.

— Последний должен передать это мне, — добавил он. — Лично.

— Что же, я рад, что это вы, Альберт Петрович, — произнес Владислав. — А пришли вы, как я понимаю, из-за того, что на корабль вы пойти не можете, а люди идти не хотят?

Впервые Владислав увидел, как Николаев поморщился. В смысле, сильно.

— Приказ они выполнят, — твердо произнес он.

— Чей приказ? — спросил Влад.

Николаев выставил вперед подбородок.

— Насколько я помню, вы служили, Владислав, — произнес Николаев. — И принцип единоначалия вам объяснять не надо? У группы будет старший, обращайтесь к нему. К чему был этот вопрос?