Книга Искатель - 26, страница 117 – Сергей Шиленко

Разумеется, при условии, что у фанатиков в рукаве нет ещё более грязных трюков.

Впрочем, все эти расчёты никак не помогали лично мне, потому что я оказался отрезан ото всех, оставшись полностью один. Вероятно, это произошло из-за того, что стоял ближе всех к центру камеры, а чудовищная скорость унесла меня в самый дальний отнорок прежде, чем спал контроль.

Хрен с ним. Сидеть на заднице в темноте и ждать, пока меня вытащат, не в моих правилах. Я Охотник, у меня есть Стремительный, Рывок Гончей, нечеловеческая ловкость и запас выносливости, который обычному бойцу даже не снился. Если повезет, я воссоединюсь с отрядом раньше, чем их охрана поймет, куда меня занесло.

А если не повезет… Что ж, я самый сильный и опасный во всем этом Крестовом походе, и даже в одиночку вырежу любой патруль, который рискнет встать у меня на пути.

Приняв решение, глубоко вдохнул, игнорируя привкус крови в носоглотке, сделал два разгоночных шага и взмыл вверх, к левой стене. Ботинок коснулся шероховатого камня у самого потолка, я пробежал три шага горизонтально, оттолкнувшись, сделал переворот в воздухе и приземлился на правую стену. Несколько шагов — и снова прыжок.

Так и двигался вперед по коридору зигзагами, перескакивая со стены на стену, ни разу не коснувшись пола. Если здесь стояли нажимные плиты или растяжки, то они точно внизу. Большинству разумных существ, не говоря уже о местных бойцах, просто не хватит характеристик Силы и Ловкости, чтобы бежать по отвесным поверхностям, полностью игнорируя пол.

Спасибо, Мия, твои дары снова спасали мою задницу.

Не успел я в полной мере оценить своё преимущество, как впереди, из бокового ответвления Т-образного перекрестка, появилась троица культистов, маг, теневой колдун и чернокнижник. Третий — тот самый гад, который, скорее всего, и раскидал нас своей Миазмой.

Их реакция была мгновенной. Как только моя зависшая в воздухе фигура показалась в их поле зрения, все трое синхронно вскинули руки, формируя боевые пульсары.

Страх, искусственно навязанный мне заклинанием всего минуту назад, всё ещё гулял фантомным следом в мышцах. Это бесило. Меня трясло от ярости за собственную беспомощность в те пять секунд потери контроля. Оказаться запертым в одиночку в лабиринте бога воров — именно тот сценарий, которого я всегда старался не допускать.

Но сейчас, глядя на троих смертников впереди, я почувствовал, как липкий осадок пережитого страха сгорает в пламени боевого азарта. Мои губы сами собой растянулись в хищной усмешке, обнажив окровавленные зубы, а правая рука уже выхватывала стрелу из колчана.

Пора показать этим фанатикам, что в этом мире значит класс Охотника.

Пассивный навык Охотничье чутьё взвыл в мозгу сиреной, инстинкты, вбитые сотнями боёв в этом жестоком мире, сработали быстрее мысли. Я крутанулся на месте, изогнувшись дугой, и над плечом с шипением пронёсся огненный шар, обдав лицо невыносимым жаром. Приземлившись на каменный пол с грацией кошки, я тут же активировал Быстрый выстрел, намереваясь всадить стрелу прямо в лицо ублюдку.

Но тут…

— Сука! — выплюнул я, когда в левую руку, прямо в старую ноющую рану, ударил пульсирующий сгусток мрака, вражеское заклинание Теневой взрыв.

Боль была такой, словно конечность засунули в жидкий азот, а затем пропустили через неё высоковольтный ток. Рука мгновенно онемела, пальцы разжались сами собой. Мой верный лук Громовой удар и стрелы с жалким стуком брякнулись на пол, рассыпавшись по камням у ног троих сектантов, устроивших засаду, левая рука повисла плетью, наполняясь тысячами ледяных иголок.