Книга Искатель - 26, страница 32 – Сергей Шиленко

Прекрасная Хейли чуть подалась назад, плавно покачав пышными бедрами. Я почувствовал, как капелька её сладкой влаги, скатившись по нежной коже бедра, коснулась моей пульсирующей плоти, превращаясь в идеальную смазку и облегчая мне путь вверх.

Мгновение спустя я коснулся её пухлых, насквозь промокших от желания складок. Жар, исходивший от неё, был ошеломляющим. Я медленно скользнул мимо них, ощущая лишь невероятно мягкую гладкую кожу без единого волоска. Либо она тщательно подготовилась к нашей встрече, либо у её расы от природы такая же безупречно гладкая кожа, как у гоблинов или кунид.

Учитывая её трогательную невинность, я больше склонялся ко второму варианту. С другой стороны, Хейли всю свою жизнь готовила себя к роли идеальной жены, матери и безупречной хозяйки. Если в её хорошенькой головке промелькнула мысль, что мне больше понравится гладкость, она вполне могла пойти на это, лишь бы сделать меня счастливым. Эта мысль кольнула сердце смесью нежности и жгучего, почти первобытного собственнического инстинкта.

В любом случае я получал обжигающее, почти оглушительное удовольствие. Ощущение её горячих шелковистых складок, скользящих по чувствительной головке моей плоти при каждом движении вверх и вниз, сводило с ума. Каждый раз, когда я легонько задевал её набухшую жемчужину, она тонко вскрикивала. Это звучало лучше любой музыки, её стоны запускали по венам разряды чистого электричества, отчего моё естество невольно подёргивалось, заставляя её снова сладко вздрагивать.

Вскоре воздух в палатке стал тяжелым и густым от запаха её возбуждения, заполнив всё пространство палатки дурманящим мускусным ароматом, богатым женскими феромонами, перемешанным с тонкими сладковатыми цветочными нотками. В нём сплетались первобытная страсть и абсолютная чистота, создавая термоядерную смесь, от которой моя плоть пульсировала так сильно, что, казалось, сердце перебралось куда-то вниз живота.

Хейли крупно дрожала, её стоны становились всё более прерывистыми, и наконец она начала отчаянно извиваться подо мной. Наши «целомудренные игры» балансировали на очень тонкой грани, и мне приходилось использовать всю выдержку, чтобы случайно не прорвать оборону и не скользнуть глубоко в её влажное манящее тепло.

Через несколько минут напряженной, сводящей с ума стимуляции, она резко уткнулась лицом в подушку, выгнулась дугой, словно натянутая тетива, и с приглушенным, полным экстаза визгом провалилась в мощнейший оргазм.

Я глухо застонал, спиной и бедрами ощущая, как её горячие складки судорожно пульсируют, касаясь меня, словно десятки нежных влажных поцелуев. Настоящая река сладкого нектара хлынула наружу, стекая по её бедрам. Поддавшись дикому импульсу, я опустил бедра, используя свою плоть как мостик для этой влаги, и она скользнула по всей моей длине восхитительно тёплой шелковистой волной.

Задыхаясь от нарастающего, сжигающего разум удовольствия, я откинул голову назад, глядя в тканевый потолок, и начал ритмично поглаживать себя, втирая в кожу её жаркую влагу.

— Я сейчас сорвусь, Хейли! — хрипло выдохнул я, чувствуя, как сжимается всё внутри.

Девушка тихо всхлипывала, продолжая отчаянно тереться о меня, стараясь выжать из своего измученного наслаждением тела ещё немного искр.