Книга Танька. Простая история непопаданки, страница 4 – Нелли ИМ

Вещи перебрать все же пришлось: Серж отбросил пару рваных джинсов и настоял на теплом спортивном костюме, шерстяных носках и ботинок а ля «берцы» мотивируя тем, что неделя в лесах Южного Урала даже летом — не хухры-мухры.

Большой, двухэтажный, комфортабельный автобус, всё с той же сверкающей на солнце надписью «ЭльфЭкспресс», ждал нас у вокзала. Разместившись в мягком салоне оплаченного транспорта, мы с Машкой пытались отправить сообщения родным, что мол добрались до промежуточного пункта. — Бермудский треугольник какой-то, — ворчала Машка, — сообщения входят и не выходят, как так-то?

Так и не отправив сообщения и не дозвонившись, мы доехали до леса, в принципе, он тут повсюду, можно было и не ехать далеко. Пройдя пешим строем ещё около пары километров, по узкой тропе, вслед за щебечущей Мариной, мы вышли на берег небольшой реки. Здесь нам предстояло разбить лагерь. Надежда на палатки улетучилась, как только все парни вынули из рюкзаков топорики. — Мы же эльфы, а эльфы не живут в палатках, они живут на лоне природы, сливаясь воедино с нею и лесом. Палатки ниже эльфийской гордости.

Макс — смуглый блондин, при своих габаритах меньше всего походил на эльфа. Два метра роста, центнер веса, удлиненные острые уши, в купе с сексуальным прищуром, придавали ему вид мексиканского мачо. Белобрысого, длинноволосого мексиканского мачо. Если, конечно, такие бывают. Топорик потерялся в его могучих руках. Меня сия картина впечатлила, только жить в шалаше всё равно не хотелось. Это лес, в нём водится всякое и всякие. — И откуда у тебя такие недостоверные сведения? — с интересом глядя на то, как Макс ловко орудует топором, я продолжила бунтовать. — Я вот эльфийка из палатки, а не из шалаша. — Моя проснувшаяся природная вредность готова поспорить со всякими там природами и единениями. — Только шалаш, детка. Только шалаш. — Меня щёлкнули по носу и скрылись за пихтами. — С милым рай и в шалаше, — произнесла Марина, стреляя взглядами то на одного, то на второго, то на третьего из красавцев, как будто в ожидании приглашения в тот самый шалаш.

В то время как мужчины выстраивали шалаши на всех присутствующих, я, Машка и ещё три приехавшие в нашем вагоне из Самары девицы, косящие под эльфиек, сидя у костра и чистя картошку, разглагольствовали, что уральский лес не место для эльфов. Им больше подходит березняк, а не вот это вот всё. Пока мы спорили, прибыла ещё одна группа недоэльфов-ролевиков. Все дружно приветствовали друг друга как старые знакомые делясь шитками и воспоминаниями о предыдущей вылазке. То и дело звучало «а помнишь как...»

Нас было уже под сотню, глянув на ведро начищенной картошки, мы решили, что новоприбывшие или пусть сами дочищают нужное количество, или идут жевать корешки и листики как истинные эльфы.

Много позже, сидя у костров и уминая картошку с тушенкой, я поняла одно, все здесь неправильно — в палатке спать нельзя, а картошку с мясом есть можно? Где логика? Я к походам не приучена, мы с родителями в поездках все больше на съемных квартирах останавливаемся или в отелях. Но тот факт, что эльфы едят картошку с тушенкой, закусывая бутербродами с салом, меня однозначно смущал.

А ночью пошел дождь. Не по-летнему холодный ливень, как из ведра. Вспомнив всю ненормативную лексику, мы с Машкой натягивали и закрепляли прищепками большой кусок целлофана на наш шалаш, так как крыша оного потекла при первых каплях дождя. Лишний раз подтверждая, что руки у наших недоэльфов растут из жо…, то есть значительно ниже предназначенного природой для этого места. Замерзшие, не выспавшиеся и потому злые, мы встречали рассвет у костра, просушивая мокрые вещи, а заодно встретили третью группу участников. Эти были как на подбор — низкорослые, крепкие, с большими топорами. — Гномы прибыли, — хриплый прокуренный голос, раздавшийся за нашими спинами, бодрости не придал, а перегар, который мы вдохнули, обернувшись, добил нас окончательно. — Знаешь, Маша, я только что поняла, что не хочу быть эльфом. — А кем ты хочешь быть? — Все тот же голос не дал ответить подруге, все тот же перегар окутал с ног до головы.