Онлайн книга «Новая фантастика 2026. Антология №10»
|
Мы, зачарованные, спустились по склону; Антон наконец замолчал, а Енко на ходу открыл свой альбом. Запечатлеть хочет, подумалось мне. Все мы сейчас как-то запечатлеем этот момент, каждый на свой лад. Главное – не уронить камеру: впереди вот уже булькает горячая грязь, а руки дрожат, глупо, глупо будет выкупать классический «никон» в этой жиже. Анна Михайловна настаивала: в ряду инструментов творца нет места генеративным помощникам, поэтому искать аппарат пришлось на ярмарках. Хватит. Я установил штатив. Космический корабль лежал теперь в нескольких десятках метров от нас; из воды он выступал, вероятно, на две трети. На толстой его оконечности я разглядел деликатную с виду конструкцию из двух параллельных, полированных плит. Они блестели и выглядели слишком чистыми… и тут я заметил, что прямо под плитами сидело что-то вроде лебедки, и лебедка эта бесшумно, но быстро вытягивала из воды полупрозрачное серое полотнищ, которое сворачивалось аккуратным валиком. — Парусник, – выговорил я. – На солнечном ветре летит… И это – глупейшее, надо заметить, – предположение моя камера тоже сохранила. Енко уже упер альбом в сгиб локтя и ожесточенно что-то чертил. Антон пустился в обход по сухим островкам и кочкам, то и дело озабоченно на нас оглядываясь. Видно было, что чувство ответственности в нем отчаянно боролось с живым человеческим любопытством. Может, в ответ на его любопытство дверь и открылась. Один из ежевичных «бугров» на боку корабля вдруг дрогнул, выдвинулся чуть вперед; окружность у его основания загорелась неярким, но жгущим глаза ободком. Я опустил взор. По воде у моих ног пробежала рябь. Антон замер и чем-то напомнил мне готовую сорваться в полет птицу. Енко все чертил; на странице росла, темнела гигантская ягода. Бугор превратился в люк. Люк с шипением съехал в сторону. Я поднял дрожащую руку, разрываясь между желанием помахать и вцепиться себе в затылок. Из светлого, такого же жгучего проема высунулись две железные клешни, нежно вцепившиеся в края. Вслед за клешнями показалось что-то вроде пирамидки с треугольным основанием. Взгляд Енко прыгал: вверх-вниз, вверх-вниз. Я, отпустив собственные волосы, перехватил покрепче камеру. Антон замер, рука – на поясе, держит рукоятку чего-то, чего я у него раньше не видел. Какие мы дураки, думаю я, очередные дураки в длинном, длинном ряду дураков, постреливавших в космос золотыми дисками, бессмысленными битовыми картинками и рекламой кукурузных чипсов. Сейчас мы что-то сделаем не так, и крабы из системы Тау Кита объявят нам войну. Это, действительно, оказался краб. Он выбрался наружу – трехрукий и трехногий, весь в латунного цвета броне, силуэтом слегка похожий на песочные часы. Он закрепился на стенке своего космического корабля и завис там. Я чувствовал на себе его пронзительный взгляд. Тусклый жгучий круг за крабом служил инопланетянину пылающим нимбом. Я попробовал взглянуть сквозь видоискатель и обнаружил, что моя камера этот нимб различала куда лучше меня: там он горел так ярко, что я даже побоялся за матрицу. — Десять минут, и кавалерия прибудет, – прошептал громко Антон, и, кажется, с некоторым сожалением. Я его понимал. У штуковины на его поясе точно было что-то вроде спускового крючка. Я не верил, что это может быть оружие, Антон не казался мне дураком. – Смотрите, какой! Треугольный! Живой… |