Книга Исповедь смертного греха 2, страница 102 – Макс Вальтер

— Хочешь занять его кресло?

— А почему нет?

— Допустим, ты меня заинтересовал. — Бахин откинулся на спинку кресла, которое жалобно скрипнуло под его весом. — Что я буду с этого иметь?

— Ого, начинаются торги. — Перфильев ощерился и радостно потёр ладоши. — Моя любимая часть переговоров. А что ты хочешь, Виктор Сергеевич?

— Беспошлинный проход через врата, — тут же объявил самую высокую цену тот.

— Как же мелко ты плаваешь, — наигранно вздохнул Перфильев. — Неужели у тебя нет личных интересов?

— Меня всё устраивает, — развёл руками Бахин. — Кроме непомерно высоких налогов на вывоз нашей руды. — Он специально сделал акцент на слове «нашей».

— Ты же знаешь, что это невозможно.

— Тогда о чём мы вообще разговариваем?

— Ты так и не ответил на мой вопрос.

— Какой именно?

— Тебе сильно дорог Гиреев?

— Ну, он опытный юрист…

— Виктор Сергеевич, это не ответ.

— Я не понимаю, Арсений, что ты хочешь услышать? Да, он мне нужен, но не настолько, чтобы всерьёз задумываться о его судьбе.

— В таком случае следи за новостями. А потом мы с тобой вернёмся к нашему разговору.

— Что за намёки, Арсений Константинович?

— Ты всё поймёшь, — усмехнулся Перфильев. — Это поможет решить твою проблему со «Свободным поясом».

— Для этого достаточно, чтобы вы прекратили их финансирование.

— Нет, Витя, недостаточно. И ты лучше меня это знаешь. Я предлагаю тебе такой рычаг, который раз и навсегда избавит «Рудкофф» от подобных неприятностей.

Перфильев отключился, даже не попрощавшись. Бахин некоторое время смотрел прямо перед собой, прокручивая в голове прошедший разговор. Цели оппонента были ясны, но цена всё ещё оставалась за занавесом. Нет, он прекрасно понял, к чему клонит Перфильев, слишком жирные намёки он отпускал. И наверняка делал это не просто так.

Виктор Сергеевич тяжело вздохнул и побарабанил пальцами по столешнице. Итак: его давний враг собирается прыгнуть в кресло генерального директора «Заслона». Круто, и возможности для этого у него есть, иначе он бы даже не пытался. Чем это грозит «Рудкоффу»? Да особо ничем. Для его корпорации ничего не изменится. Однако если согласиться помочь, если сделать шаг навстречу, можно кое-что поиметь. Понятно, что о бесплатной транспортировке грузов не может быть и речи. Никто в здравом уме не отдаст такой кусок пирога. Притом это даже не пирог, а та самая скатерть-самобранка из старых сказок. Сколько с неё ни бери, а она всегда будет полной.

— Измайлова ко мне, — коротко бросил по внутренней связи Виктор Сергеевич.

Но какие-то послабления выбить можно. Раз Перфильев обратился к нему, завёл такой разговор, значит, он уже всё посчитал. И ему явно нужны те акции, которые успел скупить Гиреев. Теперь нужно лишь создать условия, при которых получится продать актив по максимально выгодной цене.

Нет, Бахин не был дураком и прекрасно понимал: как только Перфильев сядет в кресло генерального, все их договорённости можно будет смело смывать в унитаз. Но сейчас, когда вопрос подвешен в воздухе, есть реальный шанс заключить выгодную сделку.

Примерно через пять минут дверь в кабинет приоткрылась и внутрь заглянул директор по безопасности.

— Вызывали?

— Да, Аркадий Валерьевич, проходи, — разрешил Бахин.

Измайлов шагнул в кабинет и застыл напротив стола. Он прекрасно знал своего начальника и сейчас видел, что он пребывает в крайне задумчивом состоянии. А потому просто молчал, ожидая, когда тот окончательно сформирует мысли и начнёт отдавать распоряжения.