Книга Гимн шута 20, страница 84 – Антон Федотов

Светлана посмотрела на часы.

— Катерина встречает.

В дверь негромко постучались.

— Войдите! — разом откликнулись брат с сестрой.

Вид перед следующим гостем требовалось иметь солидный и величественный, а потому Павел поудобнее устроился на рабочем столе сестры с таким видом, что Свете захотелось чем-нибудь запустить в брата.

На исполнение плана не хватило времени. Дверь открылась. Первой в директорский кабинет грациозно шагнула Катерина. Следом за ней вошел крепкий молодой мужчина лет тридцати в неброском, но прекрасно сидящем костюме.

— И кто это? — негромко спросила местная хозяйка, обращаясь к Павлу.

Тот только хмыкнул.

— Ты разве не видишь? — поинтересовался глава Ветви, и тут же ответил. — Салтыков.

Глава 21

— Салтыков.

Гость склонил голову в вежливом знаке приветствия.

— Ефим Борисович, — закончил представление Павел. — Прошу любить и жаловать.

В голове у Юсуповой со щелчком на подобающее ему место встал последний кусочек, закончив пазл.

— Оператор штаба по предотвращению инцидентов и связи.

Виктория бросила быстрый взгляд на Светлану.

«Знала!» — оценила она со вздохом.

Катерина тоже виду удивления особого не выказывала. Впрочем, тут вопрос может быть и в выдержке. Отчего-то «уралочка» была уверена, что начни здесь Игнат с Анатолием Георгиевичем джигу голышом отжаривать, блондиночка бы и бровью не повела, если бы этого требовала ситуация.

— Могу я узнать, что именно скрывается за столь обтекаемой формулировкой? — уточнила Виктория.

Павел едва заметно улыбнулся.

— Ефим Борисович будет отвечать за то, чтобы в броневике, по которому ты ударишь в следующий раз, его людей тоже не оказалось.

Юсупова только плечами пожала. Ну надо же припомнить…

— Вынужден отметить, — еще раз склонил в уважительном жесте голову Салтыков. — Атака была великолепной. Скорость и четкость формирования, наполнение структуры, ее сложность… Это была превосходная работа с потоками.

— Разбираетесь? — приподняла бровку «принцесска».

Хотя похвала, надо сказать, душу грела.

— Больше в теории, — развел руками Салтыков. — Мой запас и сродство аспекту Ветра оставляют мне не так много возможностей. А потому я решил сосредоточиться на теормагии.

Тут заинтересовалась уже Светлана. Возможно, даже хотела что-то спросить. Но именно этот момент выбрал Павел, чтобы разрушить все очарование ситуации. Он… расхохотался. Откровенно. От всей души.

Именно звуки его смеха больше всего… выбили переговорщика из колеи!

— Ефим Борисович, — несколько раз хлопнул в ладони Волконский, чем окончательно сбил мужчину с накатанной колеи. — Вы их просто покорили. Позвольте отдать дань вашему опыту!

Салтыков замялся. На миг. Не более. Но для специалиста его уровня это было почти равно семи секундам тишины в прямом эфире — то есть, к профессиональному провалу.

— Меня учили быстро и эффективно нравится людям, — развел руками переговорщик.

— Позвольте выразить восхищение вашим наставникам! — продолжил веселиться Волконский.

И больше всего Салтыкова сбивал с толку тот факт, что он не чувствовал фальши. Собеседник смеялся искренне. И ровно также восхищался его учителями и подготовкой.

Ефим Борисович окинул взглядом директорский кабинет «РитРос». Просто чтобы найти хоть какую-то опору для работы с его обитателями. И… все было неправильно! Помещение было функциональным, удобным и довольно безликим. И никакой попытки произвести впечатление на допущенного в святая святых гостя!