Книга Гимн шута 18, страница 68 – Антон Федотов

— У нас не так много времени, — вздохнул Павел.

Девушки переглянулись.

— У Фила с Кролем проблемы, — объяснил с некоторым сомнением Волконский.

Парни дозвонились до него во время полета. И прям требовали быть.

В глазах девушек мелькнуло понимание.

— Мой господин никогда не бросит своих друзей, — вроде бы и негромко, но как-то твердо решила Катерина.

Кошкина тут же присоединилась к подруге:

— Настоящий мужчина не сможет остаться в стороне, когда близкие в беде!

«Настоящий мужчина» предпочел бы сейчас либо сон, либо секс. Еще, возможно, легкий ужин.

Однако блондиночка решила по-своему. Она достала комм и тут же набрала номер.

— Филипп, — негромко произнесла она. — Павел Анатольевич будет. Вовремя.

Волконский только головой покачал.

Давшая же отбой Катерина сурово посмотрела на парня.

— Решение принято, — объявила она. — Альтернатива… тебе не понравится.

Волконский глянул на целительницу. Маловероятно, но вдруг она, дававшая клятву Гиппократа, захочет спасти его.

— Наш господин ни за что не подведет! — состроила счастливые глазки та.

В голосе звучало восхищенное придыхание, словно Павел собирался пойти сразить дракона. И непременно в ее честь.

— Вопрос с транспортом я решу, — доложила Катерина, уже отдавшая соответствующие команды.

Несколько секунд клановец размышлял. Цесаревич сделал неслыханный подарок: целую неделю на подготовку. До этого времени работать будут лишь отдельные группы наблюдателей, усиленные людьми государевыми и такой аппаратурой, что кое у кого глаза на лоб полезли.

В том числе и Павла.

Да, большую часть времени придется посвятить решению текущих и поднакопившихся вопросов. Но уж один вечер он может себе позволить, верно? Тем более, Катерина уже обо всем договорилась. И Леночка одобрила в смысле: «то, что доктор прописал!».

— Хорошо, — решил клановец, все же заметив неподалеку кафе, чья вывеска обещала, что напиток с собой он взять сможет. — Тогда цель определена!

Спутницы кивнули.

Отказываться от «черного зелья» не думал никто.

И насладиться им стоило до того момента, как Кирилл сделает внушительный круг и не вернется за ними.

В общем, следовало поторопиться. Ведь сегодня ему предстоял еще один бой плечом к плечу со своими друзьями.

Уже через пару минут молодой человек сжал пальцами стаканчик с кофе.

Аудиенция у цесаревича оставила в душе Павла странный осадок — не горечь, а скорее холодную ясность. «Я возьму ответственность на себя. За любое решение.». Эти слова были и щитом, и мечом, и петлей на шее. Долгорукий не просто давал карт-бланш, он проверял, способен ли его «инструмент»-опричник сам принимать решения, за которые потом придется отвечать «прибору»-господину. Стратегическая глубина этой игры вызывала одновременно уважение и легкую тошноту. Волконский поймал себя на мысли, что завидовал простоте задачи у Лю Фэна: враг понятен, ультиматум четок. Здесь же приходилось балансировать на лезвии между долгом, целесообразностью и интересами людей, каждый из которых считал себя вправе иметь свои ожидания. Он сделал еще глоток кофе, позволив горьковатому привкусу на мгновение заглушить этот внутренний шум. Одна задача за раз. Сначала — друзья. Потом — война.