Книга Гимн шута 16, страница 33 – Антон Федотов

Волконский задумался.

— Насколько это вообще возможно?

Контрразведчик и Тишь как-то одинаково хмыкнули. Павел сплюнул. Мысленно.

Он и сам терпеть не мог подобные вводные. Но пусть лучше так, чем словить пулю во время какой-нибудь неожиданности. Иначе придется тратить драгоценные секунды на «чистое» уничтожение тел и биологических следов на судне. То еще занятие… Хотя и этот вариант тоже отрабатывается.

— Возможно, — пожал плечами инструктор от учебного центра ВМФ.

Вот правда забыл уточнить, что вероятность составляет «ноль-запятая-и-много-знаков-после».

Парень покачал головой. Но делиться своими умными мыслями не стал. Тут профессионалы собрались. И им куда виднее, как именно планировать подобные операции.

— А я здесь зачем? — обернулся он к Тишь.

Именно валькирия настояла на его прилете сегодня. Хотя Волконский искренне надеялся, что ему удастся сделать это в другое время.

— Отрепетировать героическое восхождение на борт! — как ни в чем не бывало, ответила та.

Клановец вздохнул. В этот раз силовая и техническая часть полностью ложится на плечи исполнителей. На нем остается «политика». Но чтобы донести «мысль» до владельцев груза, ему придется подняться на борт. Шестиметровый. По штурмтрапу. С лодки. Звучит не очень сложно, но будет крайне обидно, если абордаж пройдет успешно, а он свалится в воду на заключительном этапе.

Эффект, понимаешь ли, не тот будет. А ведь ради него все и затевается. В конце концов, война — это достижение именно политических целей, в том числе, и силовым путем.

— Когда начинаем? — поинтересовался Волконский.

Он вообще с инструкторами спорить давно уже зарекся. Гиблое это дело. Непродуктивное. Да еще и ВСЕГДА оборачивается «лишними» километрами, килограммами или секундами, которые накидывают или отнимают от «зачета».

— Прямо сейчас, — объявила культуристка. — Переодевайся.

Молодой человек недоуменно хмыкнул. Гидрокостюм был все еще на нем. С его точки зрения, в «Аквариум» стоило лезть именно в такой «одежке».

— А ты на абордаж в нем пойдешь? — поинтересовалась валькирия.

Волконский вздохнул и… потопал в сторону раздевалки.

* * *

Вернулся Павел глубокой ночью. Вымотанный до предела. А ведь ему всего-то пришлось подняться по штурмтрапу… несколько сотен раз. В разных условиях и с десятками «усложнений» и вводных, что без устали придумывали инструктора.

Во время полета он даже не стал работать, а попросту рухнул в глубокую медитацию… уже через несколько минут сменившуюся крепким и здоровым сном. Так что в дом, где утром оставил девушек, он вошел уже относительно бодрым.

— Паша вернулся! — радостно воскликнула Юсупова, взмывая из кресла, куда «уралочка» забралась с ногами полчаса назад, когда наступила ее очередь «прогревать» усевшуюся напротив Архипову.

Судя по чуть расширенным зрачкам, остановившемуся взгляду и напряженной позе, Виктория, всего секунду назад обернувшаяся ласковым котенком, демонстрировала до этого совершенно иную модель поведения. И, возможно, чуток Дара или ее почти безграничных Сил.

— Чего принес⁈ — привычно уткнулась она носом в плечо Волконского.

Парень от всей души понадеялся, что без задней мысли.

— Пирожное, — спокойно ответил он.

Сажать «заряженный» глайдер с гербами на бортах возле какого-нибудь супермаркета молодой человек не стал. Но на базе с зубодробительным индексом нашлись несколько вполне приличных столовых. Макарон по-флотски, к великому разочарованию клановца, там так и не обнаружил. А вот гостинцы девочкам — вполне пожалуйста. Он даже Архиповой прихватил. Ей не помешает. Пока не «прихватило». Сердечко.