Книга Гимн шута 14, страница 9 – Антон Федотов

И чтобы кое-кому подавиться тоже.

— Итак, позвольте представить вам, — чуть изменил порядок «объявления» клановец. — Светлана Анатольевна Волконская.

— Угу, — тут же сообщила миру «небожительница», куда больше занятая попытками справиться с откушенным куском шаурмы, который едва не пошел «не в то горло». —

Орлова оглянулась на своего молодого человека. Тот со всей искренностью покивал. «Сестра!», — с легким облегчением выдохнула про себя черновласка. И лишь затем до нее дошло, ЧТО именно это значит!

— Госпожа, — чуть склонила голову Марика.

— Не-не-не! — тут же замахала шаурмой Волконская, и, встряхнув заплетенными в косу волосами, добавила. — В смысле, да, госпожа. Но здесь и сейчас этот фактор не играет никакой роли.

Одной из главных «добродетелей» курсантов Академии было умение быстро соображать. Но тут девушка слегка подвисла. Прозвище «Ледяная С*ка» было известно даже ей, от мира сплетен о судьбах «небожителей» весьма далекой особе. Разве ж так бывает?.. Впрочем, увидеть клановку со столь специфической репутацией в худи и джинсах — само по себе невероятно. И да, Марика видела несколько изображений Светланы Волконской. На каждом из них та была строга, холодна и неприступна. Даже на фотографии ее взгляд изготовившегося к работе снайпера пробирал до костей…

Непосредственная легкая улыбка полностью преображало лицо девушки, смягчая его строгие черты.

— Тишь ты знаешь, — продолжил Волконский.

Культуристка тут же подняла свой стаканчик с кофе, салютуя прибывшим курсантам.

— Мышь… это вон та с яркими волосами, — беззастенчиво указал пальцем Павел. — Тоже сотрудник. А вот это Фил и Кроль. Филипп и Кирилл, если по паспорту.

Филипп молча кивнул и вновь вернулся к еде. Его приверженность девизу «когда я ем, я глух и нем» восхищала. Как и габариты. На фоне здоровяка и Валентина смотрелась довольно хрупко.

Кирилл же махнул шаурмой.

— Э-э-эй! — тут же раздался недовольный возглас едва успевшей увернуться от «шлепка» соуса «уралочка».

— Да я че… — тут же завел свою вечную песню водитель, на всякий случай отодвигаясь подальше.

Клановец, кстати, в этом особого смысла не видел. Если уж «принцесска» взорвется, то тут в любом случае накроет.

— Эта шумная красавица…

— Э-э-эй!

— Юсупова Виктория Львовна.

Марике хватило и Фамилии. А вот Сергей, как человек, в хитросплетениях клановой жизни чуть более сведущий, в первую очередь обратил внимание на отчество.

— Дочь Балтийского Льва, — едва слышно шепнул он.

Это Орловой было вполне понятно. Прозвище одного из самых известных воевод императора было знакомо если не каждому жителю империи, то уж курсанту точно.

— Но… — попыталась было чуть разъяснить ситуацию Марика, на всякий случай схватившись за рукав своего парня.

Она еще могла хоть как-то представить, что на тупиковой остановке столичного гетто каким-то образом окажется кто-то из далеких побочных ветвей «уральцев», но чтобы член правящей семьи.

— Сестра нынешнего Главы, — шепнул Сергей.

— Э-э-эй!

Легкая ладошка шлепнула веселящегося в роли мажордома клановца. Тот тут же поднял руки в сдающемся жесте. Очередная капля соуса сорвалась уже с его шаурмы. И вновь «принцесске» пришлось уворачиваться. К ее чести стоит признать, что сделала она это весьма ловко.

— Ладно-ладно!.. — протянул Павел в ответ на злой взгляд, вновь полыхнувший Льдом.