Книга Гимн шута 14, страница 98 – Антон Федотов

— Так есть, господин.

— Эй, — негромко выдохнул Тюфякин.

Недостаточно громко, чтобы услышал кто-то еще, но вот уже отвернувшийся клановец остановился.

— Один вопрос.

Алексеев обернулся. Традиция последнего желания — штштука живучая. В отличие от тех, кто их загадывает. Прижилась она и в клановой среде.

— Зачем?

Компания Тюфякиных-Коршуновых прибыли приносила. И неплохую! Но разве ж это стоит… того⁈ По меркам Григория Романовича подобное — капля в море. Уникальные технологии, выходы на новые рынки, логистические маршруты… да не было всего этого. Так ради чего же целый клановец соизволил снизойти с высоты своих этажей до простых смертных?

Несколько секунд Алексеев рассматривал живого еще покойника.

— Система управления, — наконец сообщил он.

Не ради директора. Репутация среди гвардейцев тоже важна. В конце концов, именно им первым предстоит принять на себя возможный удар. Так пусть видят, что сюзерен способен на каплю благородства.

— Система. Управления, — четко и раздельно произнес Алексей, словно бы пробуя слова на вкус.

Покатав их на языке, он сплюнул, уже никого не стесняясь и… рассмеялся!

Клановец остановился, рассматривая искренне веселящегося молодого мужчину. А на того все «накатывало». Волнами. Хохота.

— Это… А-а-а-а… Кор… Коршунов пообещал?.. Ха!.. Вам⁈ — сквозь смех выдавил он.

Теперь стал ясен мотив. Помнится, империя, тогда разобщенная, но все еще мощная, лет четыреста назад купила несколько вертолетоносцев у французов только для того, чтобы изучить боевую управляющую систему. Забавен факт, что контрагенты отчего-то решили ввести санкции и в последний момент остановить сделку, запретив продажу боевых кораблей… уже после передачи документации по БУС! Да еще и неустойку по неисполненному контракту выплатили…

Клановец обернулся. Что-то в словах приговоренного заставило его остановиться.

— Говори, — негромко потребовал он.

— «А мне костер не страшен! Пускай со мной умрет моя святая тайна. Мой вересковый мед.» — со слегка безумной улыбкой продекламировал древние строки любимого стихотворения директор.

— Уверен? — едва ли на миллиметр приподнял бровь Григорий Романович.

Алексей не ответил. Ему вдруг резко стало безразлично происходящее. А еще очень-очень смешно. И да, он понимал, что совсем скоро станет страшно. Но это будет потом. Пока же психика не выдержала напряжения и рухнула в штопор защитных реакций.

— Что ж, — кивнул своим мыслям клановец и глянул на безумно дорогие механические часы, какими вот уже почти тысячелетие славилась одна маленькая горная страна. — Заприте его. А с тобой, Алексей Владимирович, мы поговорим через час.

Холодный тон подстегнул мозг Тюфякина. «Неужели мои не успели⁈» — мелькнула едва ли не паническая мысль. Да, самому клановцу «руки марать» было бы зазорно. Но институт наемников никто не отменял.

Алексеев позволил себе улыбнуться. Уголки губ его разошлись на какие-то миллиметры… Но этого хватило, чтобы директора пробила нервная дрожь. Если семья не успела эвакуироваться…

В коридоре раздался звук быстрых шагов.

Еще один «пиджак», но куда более презентабельный, чем схватившие Тюфякина гвардейцы, едва ли, не срываясь на бег, подошел к сюзерену. В глазах его читалось столько недоумения, что даже Григорий Романович сподобился на немыслимое — едва заметно нахмурился.