Книга Гимн шута 12, страница 105 – Антон Федотов

— Суров, суров, — хмыкнула Настя, прекрасно помнившая, что никого еще всерьез Волконский не штрафовал.

— Приходится, — чуть растерянно кивнул тот, прямо намекая, что в методах поддержания дисциплины стесняться не намерен.

Совсем скоро от нее могут начать зависеть жизни… в куда большей степени, чем сейчас.

— Хорошо, что я не на твоем содержании, — хмыкнула Мышь, тряхнув волосами.

Павла всегда удивляло, почему яркие локоны столь неприметны. «Светиться» же должны ха километр. Ан нет… Неужто состав какой применяет?

— Все можно поправить, — хмыкнул парень негромко.

— Ага, подкуп слуге государево… Стоп!

Настя соображала быстро. А потому параллель от слова «содержать» ко вполне себе явному «содержанка» провела самостоятельно.

— Хорош! — с неким даже восхищением констатировала она. — Я подумаю.

«А ты хороша!» — тут же подумал Волконский. Про себя. Вслух он не сказал ничего. Ну его… в смысле, ее на фиг. А то и впрямь… «подумает». И что тогда? И, самое главное, как потом подобное оставшейся дома Катерине объяснить? Уперся «непонятно куда», привел «непонятно кого»… И как потом блондиночку «дома подождать» уговаривать⁈

Да и вообще, они сюда не просто так посреди ночи приперлись, чтобы расположиться колонной бронированных машин вдоль дороги, ведущей к украшенный гербами Паутовых воротам.

— Готов? — хмыкнула Настя, если и наслаждавшаяся победой в очередной пикировке, то где-то очень-очень про себя.

— Готов, — хмыкнул парень.

— Тогда работай, чего встал-то?

И впрямь. Они уже дали довольно много времени обитателям особняка, чтобы насладить картиной торжественного построения у порога.

Молодой человек взялся за пусковой контейнер огнемета.

— Ничего не забыл⁈ — насмешливо поинтересовалась Мышь.

На секунду Волконский задумался.

— Ах да! — сообразил он.

И как можно было забыть об их «секретном оружии»?

Однако вот пальцы молодого человека сжались вовсе не на цевье висящего на плече «Вепря», а на коммуникаторе. Не глядя он набрал известный каждому ребенку в империи номер и, дождавшись дежурного ответа: «Полиция. Что у вас случилось?», негромко проговорил:

— Мое имя Павел Анатольевич Волконский, — представился парень. — Нахожусь возле центрального особняка Паутовых по улице Властная, девятнадцать. Согласно Уложению «О родовой войне» через три минуты начинаю штурм. Код проверки в реестре: ВМ — 123 — 90 — 16.

Оператор молчала секунд сорок. И молодой человек искренне надеялся, что выполняла она предписанные процедурой манипуляции, а не тихо офигевала в диспетчерской. В конце концов, чтобы кто-то НАСТОЛЬКО соблюдал старое, но никем не отмененное Уложение… это было редкостью! Почти как бросить перчатку в лицо перед дуэлью.

— Павел Анатольевич, код проверен и подтвержден, — прозвучал ответ в тот момент, когда Волконский уже собирался проверить, не уснул ли кто. — Вы в своем праве. Полиция благодарит вас за содействие и предупреждение.

— О как! — прокомментировал клановец, едва оператор отключилась.

— А ты думал.

Волконский пожал плечами, после чего перевел рукоятку тубуса в боевое положение, взвел ударно-спусковой механизм и поднял прицельную планку.

За всеми манипуляциями с непонятной ухмылкой наблюдала Мышь.

Парень вздохнул и перевел предохранитель в положение «ОГ». Он как-то не сомневался, что Настя молчать не станет, а потому…