Книга Гимн шута 3, страница 44 – Антон Федотов

— Паша, ты же знаешь, что на этом приеме Юсуповы хотят поставить окончательную точку в вопросе бракосочетания твоего и Виктории.

— Ну, допустим, — хмыкнул младший брат.

Естественно, сестренка ему все эти расклады давным-давно слила.

— Нам нужен канал связи, — решил Виктор.

— Света может связаться со мной в любой миг, — удивленно пожал плечами Павел, но тут же вынужден был чуть поморщиться и поправиться. — Ну, практически в любой… А еще бутылочки не найдется?

— Лом, повтори! — окликнул своего подчиненного Гром, указывая на опустевшую тару. — Ты же понимаешь…

Клановец понимал. Их так учили. Избыточные каналы связи в отсутствии возможности попросту позвонить. А таковой возможности молодой человек не оставил никому из родичей, отказавшись от родовой системы связи. Прямой же номер не стал просить сам Виктор. Конфликт интересов, понимаешь ли. На случай прямого вопроса «Можешь ли ты позвонить брату?» он оставил себе возможность честно ответить — «Нет!».

— Тем более, мне нужно будет передать тебе официальное приглашение и обговорить твое присутствие в клановой делегации.

— Вот уж фиг, — хмыкнул Павел, получивший в руки очередную бутылочку. — Тут без меня.

Виктор нахмурился. Ему и самому ситуация совершенно не нравилась. Но тут без присутствия «виновника торжества» было никак не обойтись.

Павел же думал о другом. Явиться в составе официальной делегации Волконских — уже некоторое обязательство. А еще четкое указание места и роли в будущих переговорах. Что характерно, и то, и другое в подчиненном положении. Молодого человека подобный расклад не устраивал.

— Нет, — коротко покачал он головой.

— На приеме… — начал было собеседник.

— На приеме я буду, — отрезал Павел со смешком.

— Но как? — поинтересовался старший брат. — Попасть на мероприятие можно только в составе клановой делегации!

— Либо… — предложил клановец подумать еще раз.

— Да нет, — усомнился Виктор.

— Ну, вот и посмотрим, — подвел черту под обсуждением.

Некоторое время Гром внимательно изучал лицо брата. Оно было безмятежно. Этот… Шут… гороховый даже подмигнул!

— Знаешь, брат, вот всыпать тебе бы сейчас ремня!

— Это поздно, — даже как будто бы с печалью в голосе вздохнул тот. — Воспитывать надо было пока поперек лавки ложился.

— А сейчас? — чуть надавил голосом офицер.

— Ну, можешь попробовать! — усмехнулся «мелкий засранец» (по терминологии командира «Барса»), взглядом показав на замерших возле служебного глайдера штурмовиков.

Те, кстати, очень внимательно следили за тем, чтобы их младшего товарища никто не обидел. Так, во всяком случае, показалось Виктору.

— Серьезные ребята, — вновь повторил свою оценку старший брат.

— Еще какие, — вздохнул младшенький и, неожиданно совсем по-детски вздохнув, пожаловался. — Совсем житья не дают!

Виктор же, все так же рассматривая штурмовиков, сочувствующе усмехнулся:

— Знаешь, кажется, девушка умеет читать по губам.

Павел вновь покосился на Тишь. Та продемонстрировала ему кулак. Молодой человек отправил в ответ воздушный поцелуй.

— Не страшно? — тут же с интересом спросил брат.

— Мне все равно *****ц, — беззаботно отмахнулся Павел. — Так что чего уж тут…

Гром, таких слов от всегда сдержанного и корректного (на его памяти) братишки, с которого можно было когда-то писать аллегорию словосочетанию «клановый этикет», аж вздрогнул от неожиданности.