Книга Лежебока 1, страница 14 – Антон Федотов

Скорее всего, будь кто из четверки хоть чуток потрезвее, свалили бы они с полянки подальше. Еще и извинились бы наверняка. Просто во избежание. Однако "беленькая" уже успела отключить им мозг и взнуздать чресла. Они жаждали продолжения банкета.

Короткий удар, и мама упала на землю. Демид бросился вперед подобно питбулю. Неожиданно и молча. Он даже успел пробить в колено заводиле… И тут же рухнул как подкошенный на землю. Здоровенный кулак любителя юных девочек сбил его на землю. Подготовки у здоровяка не было. Изучение боевых искусств только-только было дозволено дворянам. Однако банальная масса сделала свое дело.

Судя по всему, парень потерял сознание. Во всяком случае, признаков жизни не подавал.

Обозленные ублюдки повалили девушек на землю. Светлана потеряла счет времени. Лишь слышала, что где-то рядом отчаянно борется за жизнь и честь мать. Но что могла поделать четырнадцатилетняя девочка со взрослым амбалом? Тот без видимого друда попытался сорвать с нее одежду и…

— Ааааааахррр!..

Адский нечеловеческий вой, переходящий в предсмертный хрип, разлетелся над поляной. Воспользовавшись секундной задержкой, она умудрилась вывернуться из-под несостоявшегося насильника и откатиться в сторону. Однако тот и не думал за ней гнаться. В ужасе задрав голову он смотрел на судорожно подергивающееся в предсмертных конвульсиях тело главаря-подонка… Распятое на высоте в пару метров десятком каменных "кольев", выскочивших из-под земли.

Света перевела взгляд на сосредоточенного брата, контролирующего Стихию.

Полиция подтвердила самооборону. Никто из троих уродов не пережил и месяца. Дворяне умели мстить за своих.

Демид поначалу вел себя как обычно. Так что она как-то пропустила тот момент, когда он стал замыкаться в себе. Затем начались пропуски тренировок, а примерно через полгода он подсел на сетевые компьютерные игры.

Света что только не делала, чтобы расшевелить и вернуть его к жизни. Пока ни один способ не дал результата.

Парень же не виде никакой проблемы в своем поведении.

А Кирилл попросту ничего не помнил. Ему и было-то тогда… Пластичная детская психика вытеснила травмирующее воспоминание.

Может, оно и к лучшему.

— Хороша! — Невольно выдохнул я.

Вслух, кажется. Даже оглянулся. Но никому до меня дела не было. Да и услышали всего пара человек мою реплику.

— О да! — Согласился со мной Вовка Третьяков из параллельного класса.

Кто-то издал восхищенный возглас. Большинство же восторженно молчали, наблюдая явление Королевы в почтительной тишине.

Рита Кареева обставила свое прибытие к первому уроку с помпой. Сначала внимание школьного люда привлек мощный рев мотоциклетного двигателя, и только затем в клубах пыли и ореоле восхищения на площадку влетела сама "всадница". Снизить скорость она и не подумала, а потому харлеевский дорожник затормозил у крыльца под аккомпанемент визга стираемых об асфальт покрышек. Девушка грациозно стянула с себя шлем и откинула назад густые волосы, заставив зрителей затаить дыхание. Парней в восхищении, а кое-кого из девушек и вовсе даже от зависти. Следующим движением она перекинула стройную, туго обтянутую джинсовой тканью ножку через седло. Сердце мое дрогнуло еще раз. И не только оно!

— Во дает! — Третьяков не сдержал эмоций.