Книга Лежебока 1, страница 18 – Антон Федотов

… Десятая…

Кто-то достает деньги, быстро и вполне сноровисто проверяя карманы.

… Двенадцатая…

— Пацаны! — В голосе Корки столько страха, что придурки замирают.

Открываю с трудом глаза. Этот придурок уже добрался до моего рюкзака и теперь рассматривает эмблему гимназии и герб.

— Мляяяя… — Протягивает какой-то мелкий шкет, выражая общее мнение.

Мне хватает их ступора, чтобы относительно утвердиться на ногах.

"С*ки! Мне ж теперь здесь в жизни не поиграть!", — от обиды на мировую несправедливость я готов был взвыть и… Отвлекся. Потерял концентрацию. А ненависть в груди только и ждала этого момента. Повинуясь моей воле и жестам рук позади меня с клумб взлетели сотни мелких ребристых камешков. Небольших. Я же не хочу убить… Вроде бы.

Резко с хлопком свожу руки перед собой. "Поражающие элементы" рванули вперед со скоростью пуль, буквально картечью проходясь по телам. В сторону брызнули фонтаны крови. Раны был не глубокие, но их было много. От ужаса и боли теперь уже совсем не гордые "подшибатели" катались по земле, оставляя за собой кровавые разводы. Со стороны это смотрелось довольно страшно. По крайней мере, свидетели как знакомые так и случайные, с криками разбегались в стороны.

Действительно, воющие в лужах собственной крови тела зрелищем были… Впечатляющим. Это у меня уже не было ни сил ни желания испытывать какие-то эмоции. Перегорел просто.

С некоторым трудом я дошел до своего рюкзака. Его тоже посекло камнями. Однако телефон оказался цел. Присев на лавочку у той самой клумбы, ставшей источником "поражающих элементов", набрал номер городской полиции. Ну и служб медицинской помощи. Крики "истекающих кровью" придурков в качестве аккомпанемента к разговорам с операторами экстренных служб, наверняка заставит их шевелиться побыстрее.

— Теперь ждем. — Выдохнул я себе под нос.

Для вящей бодрости. Правда, поводов для нее было маловато. Равно как и для оптимизма.

* * *

Вечер был оказался долгим. И томным. Во всяком случае, "томился" я. В ожидании пока уедет полиция и настанет время поговорить с отцом.

— Ты все сделал правильно. — Негрмоко выдохнула сетренка.

— Ага! — Радостно ратянул губы брат. — Уработал козлов в колбасу!

С этими словами он вскинул руку вверх в победном жесте.

Пока возраст у него еще не тот, чтобы просчитывать все последствия своих действий. "Уработал" — молодец! Вот и вся нехитрая логика.

— Кирилл, — глухо одернула его Света. — Пошел вон.

От ее глухого голоса, наполнившего столовую чистой Силой, дрогнули стекла и пошли трещинами. Несколько чашек на столе разлетелись на осколки.

— Ладно! Ладно! — Заголосил братец, вскидывая руки, словно бы защищаясь.

Он был не столько напуган, сколько удивлен. Обычно спокойная и рассудительная сестра никогда не позволяла себе таких срывов. Но сейчас каждому в столовой становилось понятно, что она очень-очень зла.

— Сынок, иди в свою комнату, пожалуста. — Негромко и ровно попросила мама.

Будто бы ничего и не заметила необычного. Однако против этой версии явно свидетелеьствовали обломки чашки, которые она по прежнему держала в руке. Ни на миг не теряя странного спокойствия, она сделала пару шагов к буфету и выбрала уцелевшую посуду. Налив себе цай еще раз, она вернулась на свое место.

— Как ты себя чувствуешь, Демид? — Поинтересовалась она.