Книга Проложить маршрут, страница 34 – Антон Федотов

Вообще-то, самый лучший вариант для Гончарова-старшего, цинично-то выражаясь, выхватить пистолет и пустить в пулю в голову наследнику, а после каждому из своих бойцов. В конце таки необходимо успеть застрелиться самому. Тогда менталистам не с чем будет работать, и претензии придется предъявлять куда аккуратнее. Но кто ж ему даст-то? Мы ведь тоже не дураки. И тут дело даже не в доходах, хотя деньги считать мы тоже умеем. Но гораздо ценнее, что каждый, кто задумает злое против моей Семьи в следующий раз, хотя бы на секунду задумался о судьбе Гончаровых.

Повисла тишина. Какой-нибудь романист наверняка бы назвал ее зловещей. Ну что уж тут. Из песни слов не выкинешь.

— Готовы слушать? — Поинтересовался я, едва решил, что время на обдумывание собственного положения у них было более чем достаточно.

— Говори! — Петр Евгеньевич уже собрался.

Молодец, старик. Не было у него в голосе обреченности, одна сплошная деловитость. Но по мне так даже лучше. Сейчас он прекрасно оценивает свои шансы и не выкинет нечто этакое, прекрасно осознавая последствия.

Взгляд на часы. До обеда час. Отстаем от графика… По крайней мере, моего собственного.

А ведь мне надо довести дело до конца таким образом, чтобы дать не только обществу целом, но и его молодежной среде, что ТАК со Светланой Александровной Меньшиковой нельзя поступать никому.

Так что закругляемся.

— Петр Евгеньевич, время поджимает, — сообщаю нашему главному противнику. — Так что план таков. Сейчас я переломаю вашему сыну руки и ноги, после чего вы оправитесь с нами. Уж извините, придется слегка ограничить вашу подвижность. На этом все. Дальнейшую цену вашего поведения определит отец и его финансисты. Мне лично более вы будете не интересны. У вас возражения?

— Очень благородно, господин Николай Александрович! — Кивнул старик, едко усмехнувшись. — Как это достойно, избивать человека, не предоставив ему возможности защититься.

Я расхохотался такому интересному выводу. Смеялся долго, от души.

— Оххх… Уморили вы меня, Петр Евгеньевич. — Вполне искренне сообщил я. — Вот разрешите задать всего один вопрос: почему все подлецы, стоит им получить по зубам, тут же начинают верещать о чести и честности?

Тишина.

— Не можете ответить, да? Ну вот и я не знаю… — Только и остается, что вздохнуть — еще одна тайна вселенной осталось нераскрытой. — В любом случае, Данила Петрович волен защищаться так, как ему заблагорассудится. Исключая огнестрельное оружие.

— И с твоей стороны тоже?! — Рявкнул покрасневший отпрыск.

— Естественно. — Любезно сообщил молодому человеку я. — Прошу?

Я рукой махнул чуть в сторону. Вот совсем не улыбалось мне устраивать рукомашество в зоне поражения мин. А ведь летящие с огромной скоростью осколки на несколько десятков метров даже траву скосят. Если честно, то близко не уверен, что мой щит поможет мне хотя бы остаться в живых. У каждой защиты есть предел насыщения. А я вовсе не столь одарен, как, например, Арнольд Фарисович.

А вот Данила Петрович резко приободрился, шагая в указанную сторону. Я аж удивился. Не в его положении демонстрировать такой оптимизм. Даже на дядьку оглянулся. Тот только плечами пожал принимая детонатор. Пиджак же и кобуру с пистолетом я аккуратно сложил на чисто вымытую с утра крышку багажника. На том закончив с приготовлениями, я направилься в сторону противника.