Книга Некурящий - 8, страница 40 – Антон Федотов

— Четверть века уже Рома. — Буркнул негромко, прекрасно понимая, что демоницу эта цифра не слишком впечатлит.

Она-то более чем в два раза старше!

— Иррм! — Выдохнула Син устало.

Так всегда бывает в конце длинного путешествия. Вроде шел-шел, силы еще оставались, а на пороге дома, когда до родной кровати подать осталось рукой, накатывает вся усталость.

— Да, старшая! — С каким-то мальчишеским восторгом выдохнул "мажорчик", вскинув голову.

Кажется. ему доставляло немалое удовольствие просто смотреть на суккубу. Мне это не понравилось. Просто потому что. И вовсе я не ревную, да!

— У этого резкого молодого человека под ногами в полушаге от левого ботинка валяется небольшое металлическое колечко. Подними его и передай...

Глаза демоненка вспыхнули. Он пораженно глянул на рогатенькую, явно пытаясь понять, не шутит ли Син. Коленопреклоненно поднять нечто с земли и передать мне означает, что кланяется он мне.

Благо суккуба не собиралась совсем уж издеваться над молодым челове... Демоном, а потому разумно закончила:

— ... Мне это колечко.

Окей, по местным понятием это не косяк. По крайней мере, демоненок удовлетворенно кивнул, и чуть подался вперед, чтобы поднять из пыли такую неказистую деталюшку, от которой столь многое зависит!

Получив желаемое в руки, рогатенькая негромко попросила:

— Замри, чудо ты мое!

"По-русски, надо заметить!", — усмехнулся про себя.

Я пожал плечами прежде чем застыть. Син только усмехнулась, прекрасно поняв мой намек: "Какие девочки — такие и чудеса. А как ты вела себя в этом году?".

— Не дышииии... — Мягко протянула она с выражение лица швеи, которой предстояло попасть толстой ниткой у узкое игольное ушко.

На этот раз я обошелся без красноречивых жестов. Девушка уже начала работать. Так что мешать ей было бы откровенной глупостью. Я вот много фигни в жизни творил. Но всегда она имела под собой какое-то обоснование. Но вот дергаться с гранатой в руке во время столь тонкой операции — идиотизм без всяких скидок. А я стараюсь избегать давать поводы для того, чтобы мои люди приклеили на против моего имени ярлык "идиот". Тем более, посмертно.

— Все! — Выдохнула суккуба, таки справившись с "иголочным ушком" и тут же разогнул усики.

Я только кивнул, пряча гранату в карман. Далеко, пожалуй, убирать не буду. Мало ли пригодиться еще!

— Синеа! — Восхищенно выдал предводитель этого молодняка. — Это было...!

От накативших эмоций он не сразу подобрал слов, но демоница прекрасно поняла его и так, сделав красноречивый жест в стиле "да-да, я само великолепие! Знаю!". И отчего-то я уверен, что такую реакцию вызвали вовсе не саперские способности МОЕЙ (прописью и три раза подчеркнуто!) рогатенькой, а сам факт ее присутствия.

— Спасибо, Иррм! — Как-то легко и естественно потрепала она "мажорчика" по волосам. — Вставайте!

— Где ваш лат? — Поинтересовалась она, едва счастливая молодежь выстроилась перед ней в короткую шеренгу.

Васька, глядя на это зрелище, только фыркнул.

— Здесь! — Сообщил неожиданно появившийся седой и морщинистый демон в простом местном мундире без наград и местных знаков различий.

Хорош. Появился бесшумно и мгновенно. Как здесь был. А, может, и правда был. Наблюдал, присматривался, делал выводы. Уж больно глаза у него чистые и безмятежные, какие бывают у детей, идиотов и, нередко, матерых контрразведчиков. Наш Олегыч, например, так тоже умеет!