Книга Ну, привет, медведь!, страница 82 – Антон Федотов

— Молодая она, горячая! — хозяйка дома уже не в первый раз заставила парня задуматься, что чтение мыслей все же существует.

И кое-кто подобной техникой вполне себе владеет.

— Да чего их читать-то, — по-простецки отмахнулась ведьма. — У тебя ж все во лбу написано. И вообще, женишься — тогда-то и поймешь, где настоящее чтение мыслей! И, благородие, коль совет позволишь тебе дать тетке старой…

— Говорите, баб Мань, — ровно предложил Владимир, практически не удивившись упоминанию своего благородного происхождения.

— Срочно учись быть чуточку непроницаемее! — серьезно закончила свою мысль она.

А уж как глянула! Вспомнились парню допросы из прошлой жизни. Был момент, когда «случайно» куда-то делся представитель тех… сил, которого послали для силового решения вопроса с «охеревшим коммерсом». Вот точь-в точь такие же глаза у тамошних следаков были.

— Благодарю, баб Мань, — серьезно кивнул тот. — Обязательно запомню. И соответствовать постараюсь.

— Ну и молодец, медвежонок, — улыбнулась ведьма.

Буровин аж заинтересовался: это настолько целители в его новом мире хороши или столь ровные и белые зубы в таком возрасте — заслуга генетики?

— А на девочку не злись! — неожиданно закончила хозяйка дома. — Хорошая она. Просто запуталась. И боится.

Это парень понимал. Вот только было у него подозрение, что кое-кто при том еще и характер показывает. Вроде как ее уде лет десять как на защитницу учили, а тут какой-то раскомандовался.

— Все боятся, — вот на этой теме парень, кстати, чуть смутился.

В той жизни он никогда не выносил вопросы своих отношений с другими людьми на суд третьих лиц. В этой жизни своей привычки он изменять не хотел.

— Тебя она боится, — усмехнулась ведьма. — Она ж тебя сколько знает? И давно уже образ составила, да бирки наклеила. А тут ты совсем другой стал. Сильнее, жестче, старше…

Последнее слово она выделила особо. Да и в глазах некая ехидца появилась. Мол, знаем-знаем, но никому не скажем!

— Да полно вам, баб Мань! — отмахнулся парень. — Что ж я, страшный человек какой, что ли?

— Другой ты, благородь, совсем другой, — серьезно покачала головой собеседница. — Не нашенский. Но, может, и хорошо это, а? Опять же, признал тебя первопредок… А она сердцем-то чувствует, а понять пока не умеет. И принять тоже. Вот и мечется.

Буровин нахмурился. Очень ему не понравилось последнее замечание. Хотя бы тем, что единственным свидетелем консенсуса между ним и Медведем покуда оставалась черновласка. А тут такие откровения. В пору предположить, что кое-кто слишком много болтает… если бы речь шла об обычной старухе.

— Не думай плохо о девочке! — ведьма ловко шлепнула сухонькой на вид, но очень даже крепенькой ладошкой. — Сама вижу. Не слепая чай! Давно живу. Много знаю. И помню еще времена, когда Бурые были сильными и гордыми медведями. Теперь-то им и медвежонок за счастье! А дальше… Кто знает!

«Не думать!» — решил Владимир придерживаться правила, которое принял для себя еще в первый день знакомства с баб Марьей. Проблем и так хватало. Слова он запомнил. Месторасположение деревни представлял. Понадобиться переговорить — обязательно вернется. В конце концов, жила же ведьма, по собственным словам, здесь последние лет тридцать. Надо думать, что и дальше никуда не денется.