Книга Ну, привет, медведь! Том 2, страница 18 – Антон Федотов

Глава 5

— Дурацкая традиция! — заметил Буровин, не отводя взгляда от мерно покачивающегося поплавка.

От удочек, к которым этот самый поплавок крепился за леску, он предпочитал держаться подальше. Стрельба-охота — это его. А вот рыбу удить… он умел. Даже при помощи лески из набора выживания. Но не любил. Как-то не сложилось у него с этим занятием.

— Чтоб ты понимал, молодой, — крякнул «оскорбленный» таким отношением дед. — Вот как сейчас заварганю тебе тройную уху по-царски!..

Это был аргумент, конечно. Нелюбовь Владимира к самому процессу рыбалки никак не влияла на его отношение к морепродуктам. А уж если говорить о правильно «заварганеной» ухе… Ммм!

— Уху я люблю, — признал парень. — А вот ингредиенты для нее ловит — что-то не очень.

Впрочем, он и потерпеть был готов. Все-таки красивое место Буровин-старший выбрал. Уютная заводь, да и лес вплотную приближался к кромке реки, так что мороза можно было не бояться. Равно как, что важнее, и чужих ушей да глаз нескромных. Все-таки Черновской лес местом был совершенно особым. И к Буровиным очень даже лояльным.

— Так чем тебе традиции не нравятся? — нахмурился Афанасий Петрович, «готовя» очередного червяка к «забросу». — Так наши отцы и деды поступали!

Молодой человек втянул полной грудью умопомрачительный воздух и с легкой улыбкой обернулся.

— Ну вот хотя бы привычка поплевать на червяка, — указал он застывшему деду. — Что, рыбе нравятся исключительно морально униженная наживка⁈

Застыл Буровин-старший секунд на десять, да и огласил окрестности молодецким ржачем. Ну а чего бы не повеселиться? Тем более, скоро совсем не до смеха будет. Проблема перед ними вырисовывалась нешуточная. И ее требовалось как можно скорее обсудить. Однако оба понимали, что разговор не из приятных будет. Вот и оттягивали его чуток, как будто и впрямь собрались здесь исключительно чтобы насладиться природой осеннего леса и рыбалкой. Ну и тройной ухой по-царски, естественно.

— Тонка она грань между рыбаком и глупо выглядящим человеком с тонюсенькой палочкой на берегу реки, — добил Буровин.

Деда в ответ погрозил здоровым, ничуть не аристократическим, кулаком. Естественно, Влад сделал вид, что испугался.

Однако долго ли коротко, а к серьезному разговору переходить таки пришлось.

— Почему Медведь лишил тебя своего дара, Афанасий Петрович? — поинтересовался парень. — Ведь я знаю, что нет у него к тебе злости. Так что же случилось⁈

Дед отвечать не спешил. Сначала обстоятельно забросил наживку и закрепил удочку на специальной подставке. Столь же неспешно он направился в строну небольшого чурбачка. Одного из тех, что служили любителям природы в качестве стульев.

— Ха! — негромко выдохнул он, ударив со всей силы ладонью по выбранной цели.

— Интересно, — констатировал Буровин, рассматривая треснувший чурбачок. — Очень интересно… То есть, никто тебя дара не лишал, да?

— Только благословения, Влад, — негромко признал Афанасий Петрович глухо. — И это страшно. Кажется, будто из тебя вырвали нечто родное и дорогое. Эту «пустоту» не закрыть ничем… Разожжешь?

Задумавшийся парень (он же прекрасно помнил это тяжелое и гнетущее ощущение, продемонстрированное ему Хозяином во время «переговоров») вздрогнул и кивнул в ответ. Конечно, уж с костром-то он справится!