Книга Новая фантастика 2024. Антология № 8, страница 149 – Василий Головачев, Милена Завойчинская, Екатерина Пронина, и др.

— Он… он…

— Что, нагадил?

— Нет! Он…

— Неужели сдох? – Леська чуть оживилась. Не иначе, надумала снова попрактиковаться в таксидермии.

— Да нет же! Он со мной говорил!

— Ага, – Леська понимающе кивнула. – Ну, бывает.

Веронику трясло. Кот говорил. Говорил! Она прошлась по кухне из конца в конец, остановилась возле холодильника, отлепила и прилепила на место магнит с гербом города Хельсинки. Леська наблюдала за ней с лёгким любопытством.

— Что будешь делать? – поинтересовалась она, закурив новую сигарету.

— Не знаю. Коты не говорят, правильно?

— Говорят.

— Чего? – Вероника вытаращилась на подругу.

— Некоторые говорят. Кот Бегемот. И этот… Чеширский Кот.

— Тьфу! Это не смешно.

Леська пожала плечами и выдохнула колечко сизого дыма.

— Ладно, я пойду и… – Ника запнулась.

— Поболтаешь с ним, – подсказала Леська.

Похоже, она стебалась. Девушка раздражённо махнула рукой и вышла из кухни. Ей хотелось знать, почему их съёмная квартира вдруг превратилась в «Сумеречную зону». В призраков и марсиан Вероника не верила… но мало ли? Она осторожно переступила порог спальни.

Свисавшая с кровати простыня качнулась, скрыв задние лапы и хвост. Говорящий кот спрятался под кроватью! Вероника упала на четвереньки и заглянула в пыльный полумрак. Кота она не обнаружила, зато увидела, как выцветший линолеум пошёл кругами. Именно так и не иначе – пошёл кругами, как лужа, в которую бросили камень. Мятый носок приподнялся на волнах и осел обратно, точно газетный кораблик. Видение продолжалось три-четыре секунды, не больше. Волны разгладилась, носок лежал смирно.

Девушка провела рукой по полу – на ощупь обычный линолеум, пыльный и чуть шершавый.

Ника поднялась с пола, рассеяно вытерла руки о джинсы. Она представила, как одноглазый кот ныряет в утративший по такому случаю плотность пол. Что за бред? Такого не бывает. Но куда, скажите на милость, делась эта зверюга?

Вероника в изнеможении опустилась на табурет. Она искренне надеялась, что кот не вернётся. Провалился – и поделом. А может, она настолько распереживалась из-за экзаменов, что у неё начались галлюцинации?..

Её взгляд упал на часы, висевшие над письменным столом. Время поджимало! Пускай коты начали говорить и нырять в линолеум, земля от этого вертеться не перестала. И экзамены тоже никто не отменял. Девушка схватила сумку и, пятясь, вышла из комнаты. Ещё раз подозрительно оглядев интерьер (мольберт, захламлённый письменный стол, сваленная на стуле одежда: с виду – всё как обычно), она закрыла дверь. Ей пришло в голову, что если всё-таки одноглазый кот ей не привиделся, он мог оказаться мутантом. Ну, как в кино. Возможно, его специально создали в научном институте или военной лаборатории, из которой он впоследствии сбежал. В этом имелась определённая логика – грех не сбежать, если умеешь проходить сквозь стены. Вероника обулась, набросила пальто и обмоталась шарфом. В Питере она постоянно простужалась. Сейчас ей как никогда хотелось домой, на юг.

— Я ушла!

Из кухни выглянула Леська:

— Что там твой кот?

— Спрятался… где-то. Если увидишь, выкинь его нафиг!

Вероника покинула квартиру и стремительно спустилась по лестнице. Подъезд напоминал гулкий и тёмный бетонный колодец… или брошенную за ненадобностью пусковую шахту баллистической ракеты. Первое время Нику поражали питерские подъезды. Потом привыкла.