Онлайн книга «Эпоха Опустошителя. Том V»
|
Впрочем, не это изумило Навию. Её изумило то, что Искрида находилась в истинном обличии. Лиловый цвет кожи в действительности принял бледный оттенок, но стоило волчице опустить взгляд ниже, как та заприметила множественные кровоподтёки от чьих-то губ и пальцев на шее и выдающейся груди. Да и, судя по тому, что гиара скрывалась, она оказалась полностью обнаженной. Надо ли упоминать, что зверородная множество раз видела хозяйку голой, но тем не менее прямо сейчас та таилась от неё. В мгновение ока Вальгрон сделал несколько шагов в сторону, чтобы видеть только часть лица госпожи и ничего лишнего, а всю беседу тот оставил целиком на свою ошеломлённую напарницу, не забыв перед этим поклониться. — Моя госпожа, как вы… Однако вместо вразумительного ответа Опаляющая лишь отрицательно покачала головой и расплылась в блаженной улыбке. — Всё позже, подруга. Дай нам еще… хотя бы несколько часов. Лучше распорядись, чтобы подали еды… Двери тотчас беззвучно захлопнулись, но пару вдохов спустя вновь отворились и в проёме снова замаячила черно-пепельная копна волос гиары. — И вина из моей личной коллекции… От неожиданности Навия жадно сглотнула и с полнейшим неверием уставилась на главу Пламенного Ока, но теперь уже пожилой Верховный покачал отрицательно головой и невольно поморщился. — Похоже, что-то не так. Однако худшее позади. Она удовлетворена и цела, — но вспомнив о следах на лице и шее, мягко исправился. — Почти цела. Так что не стоит переживать из-за пары царапин у госпожи, Нав. Сдаётся мне, деспот выглядит менее презентабельно после такого сексуального марафона. — Нет, дело отнюдь не в увечьях и не в деспоте, — чуть сипло прошептала волчица, в мельчайших подробностях вспоминая всё, что увидела и почувствовала. — Её аура, Вальгрон. Она кардинально переменилась… * * * Из раза в раз я убеждаюсь, что судьба очень странная штука. Дерьмо случается с периодичной активностью, но после его сменяет светлая полоса. Жизнь и смерть ходит рука об руку. Безумие граничит со спокойствием. У медали всегда две стороны. А от любви до ненависти один шаг. Жалкая философия непойми от кого, но после таких размышлений становилось легче. Сколько себя помню грешить разговорами любил Бетал, а я держал всё в себе. Старикан постоянно учил уму разуму, но по всей видимости такое приходит только с опытом. Вынужден признать, что после попадания на Вечное Ристалище я и сам стал частенько вдаваться в разнокалиберную болтологию. После того как угодил в Инферно пустословить начал на порядок меньше, ну а став стражем Искриды любые беседы свелись к минимуму. К чему это я? А к тому, что четыре дня с гиарой пронеслись в бессловесной манере. С ней мы провели четверо суток под личинами диких зверей. Стоны, крики и самые разнообразные вопли. Иначе сексуальный марафон, что походил на случку двух изнывающих от страсти и желания чудовищ, попросту не назовешь. По неизвестной причине мы понимали друг друга не с полуслова, а с полумысли. Поворот головы, возбужденный взгляд, краткий кивок или наполненные вожделением стоны. Скорее всего, в покоях не имелось места, где не произошло бы животное совокупление. Кровать, пол, окна, стены… Даже купальня! По той или иной причине что-то постоянно разрушалось, а к концу своеобразного «соревнования» большая часть огромного помещения пришла в негодность. Искрида оказалась права. Она умела бороться с такими припадками. По-своему умела. Она жертвовала собой, но в ответ получала ни с чем несравнимое удовольствие. После того как выплеск полностью овладел сознанием в голове поселился багровый туман, который не просто заставлял брать гиару силой, он требовал с каждым разом большего. Желание кого-нибудь прикончить уравнялось с желанием возобладать чарующей особой, что постоянно мелькала перед глазами. Либо убить, либо использовать. Третьего выбора не давали. Организм следовал низменным яростным инстинктам. Порой мне казалось, что я отключался, но через некоторое время вновь оказывался в объятиях гиары, а она в моих. Два неразлучных зверя сношались как в последний раз. |