Книга Эпоха Опустошителя. Том VI, страница 34 – Вел Павлов

— Честно сказать, тетя, я недоволен тем, что вы делали в моё отсутствие с ней, но в какой-то степени понимаю… Точнее именно теперь понимаю, — исправился задумчиво я, — что решить всё одним махом не в наших силах. Но от Фьётры я не отступлюсь. Она моя! Моей и останется.

— Глупо спрашивать серьёзно ли это у вас, потому как увидела и услышала я достаточно, — страдальчески рассмеялась Имания. — Знай лишь одно: мне неважно с кем ты спишь, но если такие женщины вздумают ТЕБЯ подвергать опасности, а ты станешь рисковать жизнью ради их спасения, то я не задумываясь сотворю с этими вертихвостками то же самое, что сделала с ней. Ты — мой племянник, а она чужая для меня. По крайней мере была чужой. Видимо в скором времени всё изменится.

— Уже изменилось, тётя, — усмехнулся сухо я, а после медленно начал подниматься с кресла и неторопливо стал расстёгивать верхнюю одежду.

«Хочешь ей показать? Может не стоит?» — усомнилась на миг спата.

Так или иначе, она всё равно узнает. Может, уже догадывается.

— То, что я вам сейчас покажу, тётя, будет только между нами. Я не смогу ответить на ваши вопросы, потому как не знаю всех ответов, — солгал тотчас я. — Но надеюсь когда-нибудь во всём разберусь.

Взгляд Знающей внезапно обострился, и та выжидающе уставилась прямо на мою грудь. Как и думал, она заметила. Последним штрихом оказалась чёрная футболка. Через миг я предстал перед тёткой с обнаженным торсом. Завидев Сердце Опустошителя, та потрясено вскочила на ноги.

— Во имя… Темиды! — шокировано выпалила женщина и за долю секунды очутилась прямо передо мной и аккуратно коснулась воронки. — Что… что с тобой, мой мальчик? Что это за феномен? Я считала, что ты используешь какой-то артефакт для изменения ауры, но это… Что стало с твоим сердцем⁈

— Не знаю, тётя, но «это» появилось после того, как Аншира меня прикончила, — честно признался я, вуалируя ложь с правдой. — Отныне «это» и есть моё сердце.

— Мерзкая тварь! — прошипела свирепо Имания, но следующие слова дались ей со вселенским трудом. — Так она всё-таки… тебя убила⁈

— Да. Убила.

— Не показывай это никому! Никому и никогда! — тотчас прошептала целительница, помогая мне с одеждой. — Нам нужно тебя обследовать! НЕМЕДЛЕННО!

— Со мной всё в порядке, — решил утихомирить я тётку. — Чувствую себя вполне живым и здоровым. Лучше займитесь более важными делами.

Атмосфера на несколько долгих минут в апартаментах напрочь изменилась и устаканились она лишь тогда, когда я обратно присел в кресло, но взор Имании то и дело блуждал в районе моей груди, а её губы были плотно сжаты.

— Завтра я тебя тщательно обследую. Мы должны понять, что с тобой происходит и не опасно ли это.

— Можете не торопиться, — хмыкнул невозмутимо я. — Со своим новым сердцем я сосуществую уже достаточно долго. Лучше объясните мне, что означает Великая Сотня? Даже в Инферно придают слишком много внимания данному… «мероприятию».

— Если коротко, то это борьба, мой мальчик, — грустно отозвалась женщина после возникшей паузы. — Вечная борьба на Вечном Ристалище. Борьба, что зародилась еще во времена Первой Миграции. Для всего мира — это действительно знаменательное событие. На нём решается слишком многое. С одной стороны — Великая Сотня является неким развлечением для Сильных Мира Сего и самих оберегов, потому как они почтят его личным присутствием, а с другой — это война за власть, влияние и силу. Как между небожителями, так и между их паствой. После каждой Сотни всегда происходили какие-нибудь масштабные перестановки в высших кругах. Начинались войны, менялись главы великих сил, зарождались альянсы и союзы.