Книга Эпоха Опустошителя. Том VIII, страница 105 – Вел Павлов

До тех пор, пока Август подготавливал нечто дерьмовое себе на радость, я просто пытался стать сильнее. Тренировался. Тренировался. И снова тренировался. Оттачивал имеющиеся навыки до возможного и невозможного предела, а также обзавёлся парой новых. Приходилось забирался настолько глубоко во Внешние земли, насколько получалось. Порой протест чувствовал, что за мной кто-то начинает следить и приходилось прекращать занятия с потоками, но, увы, я так ни разу и не сумел отыскать докучливых наблюдателей. Вероятнее всего, это был кто-то из круга местных нимф и их подпевал, но я не угрожал им, а они не мешали мне.

С уверенностью могу сказать, что прямо сейчас я находился в своей лучшей кондиции за всё время. В пиковой форме. По какой-то причине связь с Грацией благотворно на меня повлияла. Неужели она и вправду переняла на себя часть моей эмоциональной нестабильности? Однако у меня отсутствовала уверенность, что я смогу одолеть Августа. Без Альяны, так уж точно, а она по-прежнему не подавала признаков пробуждения. Но я чувствовал, что Руна всё еще жива. Лишь напряжение во внутреннем мире становилось с каждым днём всё больше.

Парни тоже без дела не сидели и всячески помогали в лагере и его окрестностях. Занимались всем, что только прикажут. Не чурались даже сложной работы. Особенно удивил Илай. Несмотря на то, что он голубокровный, с окружающими он вел себя вполне уважительно. Эйсон же был как рыба в воде. Он и ранее пользовался огромной популярностью у своих людей, а сейчас его в прямом смысле стали почитать за то, что он переживает тяготы с собственным народом.

Удивительно это или нет, но главной задачей в лагере называли зачистку. В этом и состояла основная проблема Фронтира. Всего за одну ночь или же за одни сутки он изменялся до неузнаваемости. Там, где вчера была расчищенная территория, сегодня вновь произрастали заросли. Там, где ты мог вчера спокойно пройти, сегодня преобладали непроходимые скалистые хребты. Дикая магия и пространственные бури изменяли реальность до неузнаваемости, а местная живность не давала продыху. Сезон охоты хоть и завершился месяц назад и влияние тварей ослабло, но легче от этого не становилось. До сих пор не могу понять каким именно образом в данной местности выживали общины нимф и все с ними связанные.

— Холера!!! — процедил я сквозь зубы, продолжая беспощадно истреблять прорву местной флоры. — Когда она уже закончится⁈ Что б ей…

Из-за нахлынувшего раздражения я возжелал использовать какую-нибудь мощную технику, чтобы ускорить процесс, но то ли Ярвир услышал мои проклятия, то ли кто-то еще, однако при следующем взмахе Гамм кустарники закончились и с протяжным вдохом я оказался среди знакомых прерий-руин на окраинах лагеря.

— Мириада сраных бед! Наконец-то…

А помимо довольного урчания Грации, откуда-то со стороны исполинских деревьев, где зачастую восседали стражи границ, раздался их радостный возглас.

— Ха-ха! Это же Сумрак! Как успехи?

— Чудесно! — рыкнул беззлобно я, под нарастающий смех, между делом утирая лицо от налипшего сока свежей травы и кустарников. — Лучше, сука, не бывает.

Где-то минут через двадцать, стоило оказаться в пределах лагеря, с разных сторон то и дело продолжили доносится радостные приветствия. Странно это или нет, но прибывшая четыре месяца назад поддержка в виде трёх аристократов вселила в окружающих чуть больше надежды.