Книга Эпоха Опустошителя. Том VIII, страница 53 – Вел Павлов

— Хе-хе! — вдруг раздался из-за спины радостный приглушенный возглас, а двери на смотровой балкон отворились со звуком пушечного залпа. — Вот ты где! А я тебя всюду ищу. Весь вечер все о тебе только и говорят. Ты чего тут застрял? Перебрал, что ли? — весело заключил Илай, хлопнув меня по плечу.

— Да плевать, что там обо мне говорят, — поморщился раздраженно я. — Имеются более важные дела и они требуют тщательного осмысления.

— Важные дела? Это какие, например? Что-то интересное? — чуть тише осведомился Аванон, нагнувшись ко мне чуть ближе, а в глазах у парня заискрился дух авантюризма. — Поделишься?

Я долго размышлял над ночным посланием. Очень долго. Если всё пойдет худо, то в случае чего мне понадобится отвлекающий манёвр. И имеются два отличных кандидата. Илай один из них. Само собой, придётся действовать более осторожно, но когда было иначе?

— Слышал, что-нибудь о Лиярте Августе?

После прозвучавшего имени Аванон резко омрачился, а на лице засквозило отборное презрение.

— Бедствие Ксанта⁈ — брезгливо сплюнул аххес. — Зачем ты вспомнил ту мерзости?

Бедствие Ксанта, значит. Его так называют. Занятно.

— Я собираюсь поучаствовать в охоте на эту мерзость.

Глаза Илая тотчас округлились, отчего он выпал в осадок, но речь изо рта парня полилась как из бурного ручья и весь веселый угар исчез в мгновение ока с физиономии голубокровного.

— Во имя Небес! Охота⁈ На эту тварь⁈ Когда⁈ Конечно, я с тобой! Когда отправляемся⁈

— Чем быстрее, тем лучше, — спокойно изрёк я. — Скорее всего, отбудем ночью.

— Ночью? Так быстро? Хотя плевать когда! — выдохнул решительно юноша, но быстро спохватился и на всех парах умчался прочь. — Я к бате! Не вздумай уезжать без меня.

Что ж, один смертник в моём лице имеется и один из двух отвлекающих манёвров тоже имеется.

Впрочем, долго оставаться в одиночестве мне не позволили. Стеклянная дверь на смотровой балкон вновь отворилась, и я уже было думал, что столь быстро возвратился Илай, но ударивший в нос знакомый терпкий аромат женского парфюма свёл на нет все прошлые догадки.

А я уж думал, что на сегодня исчерпал лимит общения с горгонами. Поторопился с выводами.

— Моё почтение Нефриту Ксанту, — отозвался вяло я, не глядя на голубокровную. — Как обстоят переговоры с Неугасаемой?

Вначале краем глаза я увидел фужер, который девушка аккуратно поставила на перила балкона, а затем она явила и себя. Вынужден признать, что Кайса вновь выглядела сногсшибательно. Изумительное черно-золотое платье подчеркивало выдающуюся фигуру девушки, а украшения из слёз дракона лишь дополняли чарующий образ горгоны.

— Никак. Сейчас её осаждают толпы поклонников, — сдержано фыркнула дочь Данакта. — Показушница!

Как сказал бы Грат: «Чей бы бык мочился ровно?»

— Как погляжу, от своих ты успешно отбилась, — сухо декларировал я без какого-либо веселья. — Они хоть живы?

Впервые за долгое время Нефрит не обратила никакого внимания на мою подколку и сразу перешла к сути.

— Ты знал, что она выберет тебя претендентом?

— Понятия не имел.

Врать ей бессмысленно. Благодаря своей эмпатии она прочтёт меня, как открытую книгу.

— Не лжешь… Вот же дрянь пернатая! Всё учла!

На миг в глазах у Кайсы вспыхнуло бешенство, но на удивление она протяжно выдохнула и быстро взяла себя в руки, а в её голосе зазвучало неслыханное тепло. Настоящая горгона вновь явила себя миру.