Книга Эпоха Опустошителя. Том XII. Часть I, страница 135 – Вел Павлов

— Ты не поверишь, но отрекшись и разорвав все связи с наставником, я впервые почувствовал себя по настоящему свободным. Я ни о чем не жалею сейчас и ни о чем не пожалею в будущем, — на секунду тот осекся и учтиво поклонился будущей главе великого дома Ксант. — Да простит меня великая госпожа Кайса.

— Ты уже получил моё прощение, — невозмутимо изрекла горгона. — Я не в обиде…

Однако не успела девушка довести свою речь до конца, как Илай припал на колено перед отцом и на виду у всех вместе с куском ткани сорвал с плеча герб дома и преклонив голову, стянул с пальца перстень дома, а под конец взмахом кинжала срезал с левой руки кусок плоти с символом весов Темиды.

Вивиан чуть не упала в обморок от увиденного. На миг я не поверил тому, что он творит, но пути назад более не было. Впрочем, не менее ошеломлённой являлась и Сиана с Кайсой.

— Я люблю тебя, отец. Люблю мать. Люблю свою семью. Люблю свой дом и потому я ухожу. Я не желаю навлечь на вас беду из-за своих эгоистичных действий. Да и моё сердце уже давно лежит за пределами дома Аванон. Надеюсь, ты простишь меня. Старший брат будет замечательным главой. На глазах у отмеченной Темиды отныне я становлюсь отрекшимся.

— Что ты делаешь, брат⁈ ЗАЧЕМ⁈

Расширив от шока и страха глаза, Салазар подался резко вперед, но массивная рука полубога преградила тому путь. С кряхтением наклонившись, Хаймон поднял обрывок ткани и родовой перстень с пола, а после со слабой улыбкой заключил:

— Ты больше не часть дома, Илай Безродный, но ты по-прежнему часть нашей семьи. Ступай и верши свою судьбу сам, отрекшийся.

— Спасибо вам, глава дома Аванон, — взволновано произнес Баламут. — Да продлятся на века годы вашего правления.

«Не отец, а… глава».

— Глупец! — разочаровано покачала головой Кристальная Ведьма, прикрывая ладонью глаза. — Что же ты сделал, негодник?

— Простите, госпожа, но я слишком много знаю и слишком много видел, — серьёзно проговорил Илай, поднимаясь на ноги и оторвав очередной лоскут ткани с рубашки, быстро забинтовал кровоточащую руку. — И я не намерен мирится с таким исходом.

Теперь в зале присутствовали не три Аванона, а всего лишь два. Так что отныне за спиной у меня стоял не только Тэйн и Эйсон, но и в придачу Илай.

— Сумрак, — Илай указал с довольной улыбкой на меня. — Дубль, — тот указал на Августа, а под конец на себя. — И Баламут.

— Ты дуралей, а не Баламут, — тихо рассмеялся я.

За всем увиденным до сих пор наблюдал Натан на пару с Анией. Не сказать, что влюблённую парочку удивила выходка Илая, но они оба пытались делать вид, что их тут и вовсе нет. Однако очередь до них всё-таки дошла.

— Домой, Натан?

— Домой, юный лорд, — уважительно отозвался Глиан и подхватив дриаду похоти под руку, она вместе присели передо мной на колени. — Я был горд служить вам всё это время. И видят предки я ни о чем не жалею.

— Ты славный малый, Натан, — усмехнулся я, и взмахом ладони приказал ему подняться. — Позаботиться об Имании. Она сейчас очень слаба и хочет отбыть утром. Отвечаешь головой за мою тётку. Её сопровождения до дома ложится на твои плечи.

— Я отдам жизнь за госпожу! — клятвенно заверил меня пиромант.

— Тогда прощай и позаботитесь обо всём в моё отсутствие. И передавай привет Гашэлаю с Алесой. Надеюсь, они в добром здравии.