Книга Валькирия, страница 41 – Рената Коста

— Хм. А нам отдадут штурмовые винтовки мертвого и раненых? — тут же сообразила Брунна.

— Мы хорошо попросим, — усмехнулась Элара. — Идем, догоним наших.

Она подставила кулак навстречу кулаку Брунны.

Несмотря на темноту и беспорядочные развалины вокруг, Мойра быстро разобралась и нашла короткий путь к туннелю заброшенного энергоканала. Без точных координат из архива найти вход было бы невозможно. Строители сделали в том месте каменный завал, который полностью перегораживал проход в самом низу толстой стены внешнего кольца Цитадели. За прошедшее с тех пор время все здесь покрылось толстым слоем мусора и щебня, а сверху занесло пылью. Бойцам первого и второго взвода понадобилось около часа на то, чтобы все расчистить, аккуратно вытаскивая тяжелые базальтовые плиты, валуны и камни. Взвод Маркуса в это время занял позиции для обороны от возможного нападения агрессивной фауны. Но все обошлось.

Отряд смог пройти по этому широкому и длинному туннелю строем по четыре человека в ряд и примерно через триста метров вышел на высокий скальный карниз, повисший над долиной.

Элара отметила про себя, что Мортис-7 с внутренней стороны первой линии Цитадели выглядел несколько иначе. Даже небо, казалось, отличается. Оно очистилось от ушедшего на юг скопления туч и раскинулось над головой черным бархатным куполом, испещренным холодными россыпями незнакомых звезд. Но Мойра уверенно ориентировалась по этим чужим звездам, благодаря информации в своем планшете.

Внизу, метрах в двухстах под скальным карнизом, простиралась инопланетная равнина, изрезанная трещинами, из которых струился тусклый биолюминесцентный свет местной техно-флоры. Растения мутировали за сотни лет, смешавшись с технологическими останками цивилизации, и превратились в густые заросли причудливых кустарников.

Вся рота остановилась на краю обрыва, разглядывая этот странный пейзаж. Нико Барри негромко выругался, уже прикидывая, как безопаснее спуститься вниз.

Внимание всех привлек древний маяк, который находился ближе остальных строений. Этот четырехгранный обелиск сужался кверху. На черных гранях вытянутой пирамиды, покрытых иероглифами неизвестного Эларе языка, пульсировали тонкие жилки глубокого синего света. Пауза между пульсациями была ровной и четкой, как биение гигантского сердца.

— Черт возьми! Красиво, — с восхищением произнесла Сабрина.

Ее мнение разделяло большинство солдат.

— И ни одной турели вокруг, — сказал Маркус Гетц.

— Ни одной турели, потому что эта штука построена за тысячи лет до того, как здесь появились первые укрепрайоны, — ответил Кассий, — и мы зашли в тыл основной линии обороны.

— Мойра, ты это имела в виду? — спросила Элара. — Мертвая зона. Я ее представляла иначе.

— Странное место, — согласилась Брунна.

— А как вы хотели? — хмыкнула Мойра. — Здесь все странное. И если бы мы не нашли этот проход под стеной, пришлось бы прорываться по главной дороге через те ворота.

Она махнула рукой на восток, где вдали виднелись четыре башни.

— Времени остается не так уж много до рассвета, надо спешить, — сказала Элара.

Кассий распределил штурмовиков вдоль скального карниза и подошел к ней:

— Сделаем короткую передышку перед спуском в долину, пока парни Нико протянут тросы. Пятнадцать минут.

Но она уже едва слышала слова капитана. С той самой секунды, как они вышли из туннеля и взглянули на черный обелиск, с ее нейроинтерфейсом стало происходить что-то необычное. Дремавший три года за левым ухом модуль и основная сеть, отключенная ею принудительно, внезапно без команды ожили. Сначала было легкое, почти не ощутимое покалывание на коже виска, но с каждой минутой сигнал становился все сильнее. Это был не звук. Это было прямое воздействие на кору головного мозга.