Книга Трижды проклятый, страница 86 – Юрий Соколов

Я отступил назад и почти сразу увидел девушек среди ополченцев. Кажется, все молодые, как и Джейн… И тут же мое внимание переключилось на горожан. Слишком многих из них я после первой атаки уже не увижу в строю. Имен и сейчас не знаю.

Как зовут этого парня, явного ремесленника, в отличной броне из запасов непобедимых? А эту дородную матрону с алебардой? Того деда с двумя короткими мечами?

Нет времени даже коротко познакомиться, хотя у нас одна судьба. Ни зальмовцам, ни мне никак не вывернуться в случае проигрыша, не умаслить Неумолимого, не отменить сделку. Не знаю, как им, а мне, наверно, именно это и требовалось для такой битвы. Ужасающе четкое понимание, что нужна лишь победа, и только она. И еще мне, привыкшему драться в одиночку, была необходима солидарность с другими. С многими. А также, наверно, ответственность за них. И я ее получил. Ответственность за тех, кто поверил, что Мрак будет повержен. Если не навсегда и не везде, то по крайней мере здесь и сейчас.

Произнести речь? Еще не хватало! Мне нечего сказать всем этим людям, эльфам, гноллам. Я подошел к Джейн и втиснулся между ней и воином рядом. Видите ли, ребята: ваш долбаный главнокомандующий ни на что не годится, кроме как драться вместе с вами.

Из-за скал показалось солнце. Его лучи зажгли сотни тысяч бликов на доспехах и наконечниках копий. На нейтральной полосе между армиями материализовалась Сехмет. Напротив появился высокий худой мужчина в черном плаще. Велиар — самый прославленный из падших ангелов.

— Ты не должна участвовать в битве, — сказал он. — Иначе…

— Иначе что? — холодно поинтересовалась богиня. Я отчетливо слышал обоих, и прочие слышали: голоса великих бессмертных разносились по Полям, словно усиленные динамиками.

— Иначе придется вмешаться и мне, — промолвил Велиар после долгого молчания.

— А чем ты смущен? Почему так задержался с ответом?

— Не играй с огнем, святейшая! Неужели ты не понимаешь…

— Я все понимаю. Это вы вместе со своими светлыми кузенами не понимаете кое-чего. Но предчувствуете. Нельзя вечно плести интриги, строить козни друг против друга, и надеяться, что остальные будут играть в ваши игры строго по установленным вами правилам. В один прекрасный день кто-то, раздраженный очередным шулерством, бросит карты на стол, встанет и вытащит меч. Я еще ничего не сделала, явившись на Поля, а у вашего хваленого всемогущего Мрака и у вас самих уже трясутся поджилки. Успокойтесь: войну богов я начну не сегодня. Сегодня я намерена сражаться на стороне трижды проклятых как обычный боец. Можешь последовать моему примеру.

— И не подумаю! В твои игры я играть точно не собираюсь! Ограничусь общим руководством.

— Как хочешь.

Сехмет повернулась, скрылась в коротком портале и появилась вновь прямо передо мной.

— Ты правильно поступил, — сказала она. — Твое место здесь. А теперь дай место и мне. Джейн хорошо смотрится у тебя по левую руку. Я буду не хуже выглядеть по правую.

— Говорят, кто сядет промеж двух девушек, тому привалит счастье, — заметил я. — А если встанет?

— Получит двойную порцию, — усмехнулась богиня, сдернула с моих плеч эгиду и бросила на землю перед нами. Плащ превратился в львицу.

Туман поредел, почти рассеялся. Солнце оторвалось от верхушек скал. Сехмет, подняв над головой хопеш, поймала им последний луч восхода. Изогнутое лезвие вспыхнуло радужным сиянием, и от него в небо ударила молния.