Книга Трижды проклятый, страница 98 – Юрий Соколов

Мага требуется довести до нужных кондиций в самые сжатые сроки, какие только возможно. И его доведут — быстро, безжалостно, и швырнут в мир героев и полубогов с уймой «пустых» уровней и единственным переразвитым навыком разрушения чар. И пусть скажет спасибо, что Нагибатор, в сущности, не злой чувак, лишней жестокости не любит, и ко всяким разным «фокусам», на которые способен шаман, относится неодобрительно. А иначе альтернативой прокачки могли стать весьма неприятные процедуры, после которых ненужный человеческий мусор забросили бы в ближайшие кусты, а проклятие с Гинкмара снял сам Мудовид. Без лишних хлопот. И гораздо быстрее.

— Столица считай что наша, — опять обратилась ко мне Сехмет. — Мрак не отдаст ее без боя, — но она считай наша. Нагибатор будет королем. И остальное, мне кажется, пойдет как намечено. А тебе лучше устраниться от дальнейшего участия. Для всех так будет лучше… Темные гарантируют, что если ты решишь покинуть Гинкмар, по пути тебя никто не тронет.

— С чего вдруг они стали такими добрыми? — удивился я.

— Они не стали. Просто они не хотят тебя здесь видеть. Как и светлые, и все прочие. С течением времени ты становишься все более непредсказуем. Поэтому проваливай, пока тебе со всех сторон потворствуют. Снимай проклятие с Зальма, освобождай духов лабиринта и отправляйся на восток. Желательно — без захода к Анзенкаму. Хотя я знаю, что ты меня не послушаешься.

— За старым кровососом должок. Он сдал Собирателю душ отца моей подруги, а его выкормыш едва не порешил меня самого. Он же — наверняка! — как-то помогал Эгланану в его охоте за мной, которая кончилась уничтожением «Сухой гавани» вместе с владелицей, прислугой и постояльцами. И я должен обо всем этом забыть?

— Говорю же — знаю, что ты не послушаешься… Хорошо: снимай проклятие с Зальма, освобождай духов, разбирайся с Анзенкамом. А потом — на восток!

Мне показалось, что Сехмет о многом умолчала. Ну и пусть — сам додумаюсь. Она не обязана раскрывать все, что знает. И так раскрывает многое. Обычно боги так себя не ведут.

С холмов спускались дотянувшие до конца битвы боги-союзники: готовились выполнить обязанности лекарей, насколько могли. Из глубокого лога выползали самодвижущиеся телеги обоза с продовольствием и запасами эликов. К нам приблизился Мудовид. Лишь мельком глянул на драгоценного мага светлых и уставился на меня.

— Ты что там сотворил, грешник? — спросил он, кивнув в сторону былого месторасположения Хабелла.

— Ничего не творил, — ответил я, делая невинное лицо. — Не моя работа. Я просто на полу лежал.

— Просто лежал? — не поверил шаман. И сообразив, что подробного отчета не последует, добавил: — Ладно, замнем для ясности. А если потребуется еще один город снести, пригласим тебя. Приляжешь где-нибудь на полу…

Лагерь непобедимые разбили у ядерного кратера имени Агапэ, так как только возле него не требовалось расчищать площадку от завалов трупов. Палаточный городок вышел небольшим: на сто шестьдесят оставшихся в живых членов клана. После заката нас покинули уцелевшие призванные, а боги-союзники, оказав первую помощь, ушли еще раньше.

Наутро я осмотрел своего костомеха. Ешки-матрешки! Дешевле бросить, чем восстанавливать. Доспехи изрублены, погнуты, оплавлены. Левой ноги опять нет, и ее еще искать. Одной руки тоже нет, в другой зажат обломок меча, голова еле держится. Как зальмовский оператор продолжал воевать на этом до самого конца — величайшая загадка Версума.