Книга Путь в Обитель Бога, страница 208 – Юрий Соколов

— Что с того? – повернулся я к нему. – Что с того?.. Хрен вам всем – и трупоедам, и тебе тоже!

— Да что ты на меня взъелся? Сам помог бы тебе, да какой из меня строитель.

— Тогда молчи.

К полудню мои краги превратились в лохмотья и я содрал всю кожу с ладоней, но зато грот был завален до конца.

— Вот теперь пошли, – сказал я, пытаясь взять в непослушные руки винтовку. – Теперь порядок.

Тотигай меня оглядел и заметил:

— Отдохни хоть.

— Отдохнём на том свете. Как говаривал Орекс, Предвечный Нук принимает всех – как двуногих, так и четвероногих.

— Без нас он перебьётся. Сперва давай уже найдём этот корабль. Ты его хоть с Книгой видел, а я так вообще ни разу.

Выбросив безнадёжно порванные краги, я достал из рюкзака последнюю пару камнеступов. Да, яйцеголовые всё ближе. Я вчера разглядывал их стан перед тем как заснуть. Один дневной переход от нас, и они вскоре ещё сократят расстояние. Это лавовое поле их задержит, но ненадолго. Будут ставить по десять кентавров на расчистку тропы, а их там сто пятьдесят, и ещё сами ибогалы. Дальше – пустыня, где им везде дорога. Но и корабль ведь совсем недалеко… Дойдём.

Не успели мы сделать тысячи шагов, как моя уверенность испарилась без следа. Мы вышли к тропе, проложенной разгребателем. Она уходила в горло каньона, прямо к вулкану.

Разгребатель! Откуда его дьявол принёс?

Я бегло осмотрел окрестности, никого не увидел, но слизняк мог спрятаться в такую щель, что не разглядишь и с Книгой. Вот ещё беда на наши головы!

Ну а что удивляться? Разгребатели живут везде, в том числе и в Кайрори. Яйцеголовые здесь пройдут быстрее, но и мы пройдём быстрее…

Но не так же, как кентавры, скачущие галопом?..

Вот засранец, думал я, глядя на пробитый в лавовом поле проспект. Какую дорогу им расчистил – прямая как стрела. Полжизни мне помогал один разгребатель – и вот теперь другой напакостил.

Почистить, что ли, рюкзак, чтоб стал полегче? Но там и так ничего лишнего. Развязав тесёмки, я взглянул на содержимое. Котелок, чашка, ложка; вещмешок Имхотепа с галетами, которые почти ничего не весят и нам нужны; разрядник, который нам необходим, – у меня остался единственный магазин к винтовке и ещё один неполный. Выбросить разве одеяло? Д-да-а, заметное облегчение ноши… Сунув одеяло обратно, я нащупал ещё что-то – кукла! Отремонтировал я её, как и хотел. Нет, куклу не выкину. Оставлю на память о Коу, хоть она так и не поиграла с нею… А больше ничего и нет. Меч не бросишь. Гидры, как и разгребатели, тоже встречаются повсюду.

Больше всего весила Книга, и вот уж что я выкинул бы с радостью. Все хлопоты и проблемы с неё начались, – но без неё нам не попасть в корабль.

Ладно, пойдём без облегчения. А если яйцеголовые пустят кентавров галопом, в такую-то жару, то быстро превратятся в пешеходов.

— Вперёд, старина, – сказал я Тотигаю, забрасывая рюкзак на плечи и выходя на тропу. – Бегом – сколько можем.

Где трусцой, где переходя на шаг, мы добрались до горла каньона. Тропа вела дальше, к выходу из него. Изредка мы делали передышку, и я растирал в пальцах очередную голубую галету. Напиток освежал, даже жаркий воздух от раскалённых камней, казалось, отступал в стороны. Тотигай мрачно поглядывал назад, оценивая проделанный путь, и по всему было видно, что яйцеголовых хвалить ему больше не хочется, – ни за галеты, ни за остальное. Моё тело истекало реками пота. Брюки – и то промокли несмотря на жару. Связь с Книгой наладить не удавалось, или я просто ничего не видел, что она показывала, из-за постоянно пляшущих перед глазами радужных кругов. Убедившись, что тропа никуда сворачивать не собирается, мы с Тотигаем забрались в тень под одной из скал и заснули, наметив продолжить путь поздно вечером, когда посвежеет. Печально, однако ибогалы сделают те же выводы и тоже начнут передвигаться по ночам, тем более что на Додхаре сейчас полнолуние.