Книга Солнца трех миров, страница 88 – Юрий Соколов

— Я ее верну, — сказала Даша, направляясь следом.

— Погоди, — удержал ее я. — Пусть побудет одна. Лучше давай последим за небом над ней.

Таня приблизилась к проходу. Инга, склонившаяся над Витей, вдруг вздрогнула, вскочила и повернулась. Ее лицо жутко побелело, на шее от напряжения вздулись вены.

— Стой!!!.. — закричала она Тане.

Та не остановилась. Раздался взрыв. Когда мы подбежали, Таня лежала на земле, вся иссеченная осколками. Левую ногу ей оторвало по щиколотку.

— Не заходите на поле! — предупредила Инга, хотя вряд ли такая необходимость была. — Прохода больше нет!

Тысячу раз мы ходили по этому проходу взад-вперед, последний раз пробежали всей толпой только что. И вот теперь в нем подорвалась на мине Таня. Со всеми предосторожностями вытащив ее на безопасное место, мы наложили ей на ногу жгут и сняли с носилок Витю. Точнее — просто скинули, но как ни спешили, еще по дороге в лазарет у Тани случился выкидыш. Инга провела возле нее остаток дня, останавливая кровотечение и вытаскивая осколки. Машка помогала. Мы слонялись по заставе, не находя себе места. Наконец Инга вышла из операционной.

— Все осколки я извлечь не смогла, — сказала она. — Культю зашила, но Таня потеряла много крови. И очень ослабела. Я не знаю, как ее лечить в таких условиях, — я ведь не врач, а здесь еще и весь инструментарий чужой. Делали-то его не для людей.

Ночь прошла беспокойно — мы по очереди сидели с Таней в лазарете, поскольку нормально заснуть все равно никто не мог. Наутро у нее резко подскочила температура и появились все признаки заражения крови.

— Витю без меня не хороните, — то и дело просила она.

— Ну конечно нет, — отвечали мы ей. — Мы его в морг положили. Здесь же морг есть, холодильник в нем работает, сам включился, когда… Ну, ты поняла.

— Только Витю без меня не хороните, — начинала просить Таня через несколько минут, забывая о том, что ей только что сказали.

— Нет, нет, не беспокойся. Вот поправишься, тогда и похороним.

Таня смотрела на нас с тоской, от которой внутри все переворачивалось.

— Вы не поняли. Вместе… нас надо похоронить вместе. Когда я умру. В одной могиле.

— Да не умрешь ты! Инга говорит, что ты обязательно выздоровеешь, — вдохновенно врали мы, хотя Инга говорила прямо противоположное.

Но на третьи сутки Тане действительно стало лучше.

— А ты расстраивалась! — радостно сверкал своим единственным глазом Лысый. — Через недельку будешь ты у нас как новенькая, и я влюблю тебя в себя. Что там Валера с Витей — ты посмотри на меня!

— Нельзя мне в тебя влюбляться, Лысенький, — грустно улыбалась Таня. — А то ты тоже погибнешь. Такая уж я невезучая.

— Ничего не погибну, я неубиваемый. Мы будем жить с тобой долго и счастливо. А еще ты отобьешь у Дашки Серегу — и станешь главной покорительницей сердец в нашей команде.

На какое-то время мы действительно заставили себя верить, что Таня поправится, хотя в ее глазах ясно читалась смерть. К вечеру у нее опять поднялась температура и начался бред. В полночь меня разбудила Инга:

— Она хочет, чтобы ты пришел к ней. И чтоб кроме вас в палате больше никого не было.

Я переглянулся с Дашей, которая, конечно, проснулась тоже.

— Иди, — только и сказала она.

Когда я вошел в палату, Таня тут же попросила запереть дверь. Я молча выполнил просьбу и присел на стул рядом с кроватью.