Книга Вестники дальних дорог, страница 149 – Иар Эльтеррус

Гость некоторое время пристально смотрел на воительницу, потом встал, подошел к ней и негромко спросил:

— Пойдешь ко мне в клан?

— Пойду, — чуть ли не помимо собственной воли произнесли губы Киалы, отказаться она просто не могла. — Но у меня есть младшая сестра. А она не пойдет без своих трех близких подруг…

— Всех возьмем, — мягко улыбнулся владетель. — И сестру, и подруг.

Затем повернулся к нахмурившемуся Барису и спросил:

— Какую виру вы хотите за эту женщину?

— Продукты! — отозвался тот. — Она хорошая воительница.

— Хорошо, я готов полностью заполнить большую кладовую, — кивнул владетель. — А сейчас прошу показать мне алтарь. И рассказать, откуда его привезли. Мне почему-то кажется, что это важно.

— Сейчас покажем, — встал капитан.

— Одну минуту, — гость повернулся к Киале. — Иди домой, приведи сестру и ее подруг. Тхайта, сходи с ней и защити в случае необходимости.

Молчаливая, красивая женщина с непроницаемым лицом аристократки молча кивнула и, жестом позвал Киалу за собой, вышла, при ходьбе ее ноги странно постукивали об пол, наверное, каблуки подбиты. Воительница двигалась, как в тумане, ошеломленная столь резким изменением своей судьбы. Что будет дальше Киала не знала, но искренне надеялась, что лучше, чем было до сих пор. К счастью, изнасилования удалось избежать, что тоже немаловажно. Она встряхнулась и с решительным видом двинулась за госпожой Тхайтой, не обращая внимания на укоризненные и обиженные взгляды стражников. Они сами выбрали, как поступить, сами выставили себя не людьми, а бабуинами-насильниками. Так что пусть теперь не обессудят. Боги простят, а Киала их простить не сможет. И не забудет. Никогда.

— Ну и каковы наши дела на текущий момент? — поинтересовался Сталин, держа в руке любимую трубку и пристально глядя на собравшихся.

В его кремлевском кабинете собрались Рокассовский, Берия, Карл фон Бревен, Николай Иванович Синегубов, нарком транспорта, до недавних пор возглавлявший транспортное управление НКВД, Семен Захарович Гинсбург, нарком строительства, и никому ранее не известный Николай Иванович Бронников, новый нарком биоэнергетики, сиречь магии. Последний был одаренным, инициированным и немного обученным Хрыгом и Керианом, но при этом опытным управленцем, до недавних пор возглавлявшим один из авиационных заводов. Наркомат ему пришлось создавать с нуля, используя магов из Миросплетения, принесших клятву СССР. Беда в том, что они советской жизни не знали и не понимали, поэтому любое, даже самое мелкое их действие приходилось контролировать. Не то натворят такого, что только за голову хватиться и останется. Причем искренне желая хорошего.

— Позвольте, я начну, — маршал встал и подошел к карте Евразии, висящей на стене.

Вождь кивнул ему, и Рокассовский продолжил:

— Германия, Франция, Норвегия, Швеция и вся северо-европейская мелочь полностью взяты под контроль, остатки немецких войск и их местных пособников уничтожены.

— Восточная Европа?

— Наша. Но население там откровенно враждебное, особенно в Польше. Благодарю экипаж «Петрограда» за разведывательных и атакующих минидроидов, помогших найти и изничтожить Армию Крайову. Без них это затянулось бы не на один год.

— Очень советую в этих странах проводить фильтрацию очень тщательно, Лаврентий Павлович, — обратился к Берии Карл Генрихович. — Но и они — это так, мелочь. Самая большая проблема — Западная Украина. Бандеровцы. В нескольких реальностях вы, товарищ Сталин, их пожалели, не расстреляли, и очень зря. Это привело к такой крови в будущем, что потомки вас за гуманность прокляли. Националистов жалеть нельзя, они вас точно не пожалеют. Да и никого не разделяющего их взгляды.