Книга Мастер дальних дорог, страница 89 – Иар Эльтеррус

Неожиданно для экипажа пульты снова заработали, корабль сбавил ход, и виноватый голос Дархона произнес:

— Приношу свои извинения! Неожиданные неполадки.

— Что за неполадки? — тут же оживился Инголин.

— С моей памятью, — с явно заметной неохотой ответил искин. — Судя по всему, сработала старая программная закладка, что-то ученые из Карна, когда обрабатывали меня перед продажей владельцам «Даотсада», намудрили. Слава всем богам, я смог справиться, но придется проводить полное сканирование памяти чуть ли не побитово.

— Да, лишним это не будет, — согласился инженер. — А что послужило спусковым крючком для срабатывания закладки?

По некоторому размышлению, Дархон решил все же не скрывать случившегося. Артем совершенно прав. Странно даже, ведь почти ребенок, а кое-чему его, дурака многоопытного, научил. Повторять старые ошибки искин не собирался, в свое время и он, и многие его собратья сильно обожглись на недоверии тем, кому доверять стоило, и наоборот.

— Готовясь к отлету, я, без малейшей надежды на результат, подал поисковый импульс согласно стандартам флота моей родины, — негромко сказал он. — Паче чаяния, я получил ответ. И не от обычного корабля, а от моего личного атлайта, на котором, как уже рассказывал, когда-то служил капитаном. Вы в курсе, что во время перехода между вселенными я потерял сознание, а очнулся на станции «Даотсад» через очень много лет. То есть где-то на этой свалке находятся останки моего корабля, сигнал был прерывистым, что говорит о серьезных неполадках передатчика. После получения ответа и сработала закладка, но я смог справиться с ней, хоть это и непросто далось, пришлось отключить довольно большую область памяти. Причем, физически, при помощи минидроидов. И подключать ее снова без тщательнейшей проверки я не рискну.

— Резонно, — кивнул Инголин, затем глаза его сделались мечтательными. — Но все равно нужно обязательно разыскать ваш атлайт!

— Нужно-то нужно, — недовольно проворчал Леонид Петрович, — вот только нас ждут в Орвисе…

— Поиск много времени не займет, — возразил Дархон. — Предлагаю поглядеть, что там, если обломок небольшой, то взять его на борт, в трюмах еще полно места, а если большой, то потом вернуться. Вот только сразу хочу предупредить, что если после нашего возвращения сюда атлайта не окажется на месте, последствия вам не понравятся. Считайте эту ситуацию проверкой. Простите, но иначе я поступить не могу.

— Вполне вас понимаю, — усмехнулся в усы Леонид Петрович. — Хорошо, от имени Ирренара даю слово, что никто, кроме вас и указанных вами разумных, к обломкам атлайта допущен не будет.

— Подтверждаю, — поддержал его Моисей Соломонович, вытянув вперед руку, над которой зажегся странного вида голографический символ, дважды прокрутился вокруг своей оси и погас. — От имени Ринхайда.

Остальные ошарашенно переглянулись, они-то полагали, что щитовик тоже работает на Ирренар, а он, оказывается, во внутренней безопасности подвизается. Крайне закрытая служба, непонятно чем занимающаяся, но с огромными полномочиями. Ее тайные инспектора имели право отметить приказ самого высокопоставленного чиновника или военного, бывало, что они даже расстреливали на месте не оправдавшего доверия человека, и никто не смел им ничего за это предъявить. Отвечали они лично перед императором Ашеном III, причем отвечали собственной жизнью. А если инспектор ошибочно расстреливал кого-то, то ему предоставлялись на выбор капсула с ядом или пистолет с одним патроном, причем именно пистолет, не бластер. Почти никто из населения Таоры никогда этих инспекторов не встречал, многие вообще считали их выдумкой, но они существовали. И вот известный всему имперскому флоту балагур Моисей Шапиро неожиданно оказался одним из них. Удивительно.