Книга Скрытая бухта, страница 118 – Мария Орунья

— Хана Онгайо? Она была там служанкой? – предположила Редондо.

— Именно. Хана Фернандес, так ее тогда звали. Да не одна, там же временно работала ее сестра Клара, которая в то время служила у Онгайо. Остальных слуг можно в расчет не брать, я не нашел ничего примечательного, хотя надо проверить их семейные связи.

— Сестра Ханы служила у Онгайо? – воскликнула Валентина. – Давай-ка теперь угадаю, кто обнаружил мешок. Хуан Рамон Бальеста? После нападения он что-то твердил про мешок, секрет и “горных людей”.

— Он самый – Хуан Рамон Бальеста. Именно Бальеста оповестил полицейских, сообщил о находке на пляже.

— Это очень важная история, – задумчиво проговорила Валентина, разглядывая схему, испещренную стрелками, которыми она соединяла детали следственной мозаики. – Что-нибудь еще?

— Пока нет, нужно досконально изучить уже имеющиеся сведения и собрать данные обо всех, кто упоминается в досье, от рыбака до слуг, включая исчезнувшего Чакона и полицейского, который расследовал дело. Пробью по базе, жив ли он еще.

— Договорились. Ясно, что скелет ребенка на вилле “Марина” как-то связан с Чаконами, а может, даже с исчезновением Игнасио Чакона. По крайней мере, в этом есть логика: вилла “Марина” становится собственностью Ханы Онгайо, которая когда-то служила у Чаконов и присутствовала при исчезновении непутевого сына. Отлично, Сабадель. Продолжай работать над этим. Как только наткнешься на что-нибудь интересное, сразу докладывай мне.

— Хорошо.

— Мы, со своей стороны, – заговорил капрал Камарго, указывая взглядом на агентов Торрес и Субисаррету, которые, судя по всему, не возражали, что он говорит от их лица тоже, – выяснили, что фирма “Анчоусы Онгайо”, пусть даже сейчас у них все выровнялось, потеряла множество активов, им даже пришлось провести сокращения на фабрике в Сантонье. Но на компанию зарегистрирована собственность, не обремененная долгами, хотя в последние десять лет от части собственности они избавились – видимо, для большей ликвидности.

— То есть дела не из рук вон, но и не слишком завидны. Или в целом неплохо? – спросила Валентина.

— Сейчас они остаются одной из самых влиятельных компаний в своем секторе, но, видимо, ощутили последствия мирового кризиса. Что касается личных активов Ханы Онгайо, то с ними все в порядке, за ней не числятся долги, и от долгов свободна вся недвижимость, тут и дом, в котором она живет и который ей принадлежит, плюс два других дома в Комильясе, пара торговых помещений и квартира. Мы еще не узнали, сдаются ли последние в аренду или нет. Также у нее есть бизнес в Южной Америке и недвижимость в Чили – с ними все нормально. Что касается ее банковских счетов, то если судья Талавера не распорядится заняться ими, мы ничего не можем сделать, но, судя по тому, что долгов у нее нет, с финансами у сеньоры все хорошо.

— Понятно. Что еще?

— У Ханы Онгайо, ну или Ханы Фернандес, были два брата и сестра. Младший, Антонио, погиб во время гражданской войны в возрасте двух лет. Старший, Давид, действительно скончался во Франции девять лет назад, согласно официальным документам. А вот с сестрой все сложнее. Полное имя – Клара Фернандес Кампийо. Свидетельство о ее смерти нигде не фигурирует, в загсе упоминаний о ней нет, она словно исчезла бесследно – ни единого документа, чтобы выяснить, жива она или мертва.