Книга Скрытая бухта, страница 15 – Мария Орунья

Все молча толкаются в темноте, даже не здороваясь друг с другом. Страх сдавливает горло, что-то сжимается между желудком и сердцем, которое гулко и часто колотится.

Оглушительный рев моторов. Совсем близко. Неужели их заметили? Но нет, кажется, пронесло. Это просто патруль. Два советских истребителя, монопланы Поликарпова облетают Масера-де-Кастийо. Самолеты республиканцев. В темноте не всегда удается различить, из какой стаи эти металлические птицы, – такие монопланы оливкового цвета есть и у франкистов, и у республиканцев. Первые называют врагов “крысами”, вторые – “мухами”. Пулеметы, установленные на крыльях самолетов, производят по тысяче шестьсот выстрелов в минуту. Этим утром ШКАСы^[4] обоих самолетов остаются полными.

В пещере тихо, по вибрирующему воздуху ее обитатели ощущают, что небо рассекает новая металлическая угроза. Так и есть. Ревет третий самолет. Хана задерживает дыхание. Британский истребитель “Фантом”, серебристый, с двумя пулеметами М2 и четырьмя бомбами по десять килограммов каждая, пытается догнать два других самолета. Они удаляются. Это тоже республиканцы.

В пещере постепенно нарастает гул разговоров.

— И чего не спится этим козлам, – говорит Браулио, когда от самолетов остаются лишь точки на светлеющем небе.

— Да, – выдыхает отец Ханы и замолкает, опустив голову.

— Это “крысы”, вы видели? – спрашивает Педро, крепкий широкоплечий парень лет шестнадцати, их сосед из Инохедо, тоже укрывшийся в пещере.

— Так кто это был, красные? – спрашивает Бенигно.

— Ну ясное дело, – отвечает Браулио, не дожидаясь, что скажет Педро, который открыл было рот, – краснее некуда. Метят территорию, как псы. Поссали бы тут еще.

— Да получше сраных “мух”, – раздается фальцет Педро. Он и не пытается скрыть, что на стороне республиканцев.

— Проклятые “мухи”, – улыбается Браулио, который разделяет политические взгляды парня.

Бенигно кивает в знак согласия. Правительство Республики было избрано на демократических выборах, так что он считает его законным. Но ни он, ни прочие крестьяне не горят желанием выступать на стороне какой-либо партии, они слишком заняты тем, как бы выжить.

Как бы то ни было, “крысы” республиканцев и “мухи” националистов тем утром прочесывали небо. Выбравшись наконец из пещеры, где она три часа просидела на корточках, Хана поняла, что обмочилась.

Последовавшие затем месяцы и годы оставили неизгладимый отпечаток на Хане и ее близких. Шрамы избороздили женские души, до краев наполнив их силой и яростью. У Ханы появилась цель. Не забывай, что в каждом из нас дремлет зверь.

В Сантандере Оливер ждал в кабинете своего адвоката. Это была просторная комната, куда секретарь провела его через лабиринты устланных коврами коридоров. Сидя в кабинете, Оливер гадал, действительно ли адвокат прочитал все эти книги, что теснились в массивных шкафах, или они тут просто для красоты. Он сдержал любопытство и не стал проверять, являются ли эти сотни томов в твердых переплетах настоящими книгами или картонными подделками, какие продаются в мебельных магазинах. Обманка для доверчивых клиентов, чтобы произвести на них впечатление.