Книга Скрытая бухта, страница 92 – Мария Орунья

— Нет, сеньор Ривейро, тис смертоносен сам по себе.

— Но тогда… Господи, да ведь это дерево в Кантабрии есть в каждом парке!

Доктор Барсена улыбнулся – без чувства превосходства, а с сочувствием, видя замешательство сержанта.

— Дерево как таковое не ядовито, ядовиты его листья и семена, в которых содержится чрезвычайно токсичный алкалоид, называемый “таксин”, он способен вызвать, помимо вышеупомянутых симптомов, артериальную гипотензию и остановку дыхания.

— Допустим, а как это работает? Я хочу понять, нужно ли быть экспертом, чтобы приготовить такой яд? Или просто завариваешь листья тиса как чай – и готово?

— Фактически, да. Но тот, кто приготовил тисовый отвар для нашей жертвы, должен был хорошо разбираться в свойствах этого дерева и его особенностях. Похоже, в отваре содержалась высокая концентрация таксина, какая бывает при отваривании сухих листьев вместо свежих.

— Значит, яд приготовили заранее.

Доктор Барсена пожал плечами:

— Как знать. Возможно.

— Интересно. А как быстро действует яд? Хотя бы приблизительно.

— С момента попадания внутрь до летального исхода проходит примерно полчаса. Максимум час.

— Так быстро?

— Очень быстро и очень эффективно, мало кто мог бы это пережить. А если бы и пережил, то с жуткими последствиями для печени и почек. Сами посудите: два грамма листьев из расчета на килограмм массы тела способны прикончить лошадь. А жвачные животные очень выносливы.

— Другими словами, мы можем предполагать, что сеньору Бьесго дали смертоносный отвар из листьев тиса, и самое позднее через шестьдесят минут после того, как он проглотил яд, должна была наступить смерть.

— Именно так. Сначала таксин должен был разогнать сердце, а затем сбавить сердечные ритмы, понизить кровяное давление и вызвать желудочно-кишечные боли, даже диарею и судороги, воспаление в печени и почках, а это, как я уже говорил, приводит к остановке сердца.

— Ужасная смерть.

— Но зато быстрая, сержант. Учитывая возраст жертвы, смерть, скорее всего, наступила где-то через полчаса.

— М-да… – протянул Ривейро. – Получается, что хотя тот, кто приготовил для доктора Бьесго этот ядовитый отвар, должен был обладать определенными знаниями, нарвать листьев в парке и сварить яд мог любой. То есть не надо за этим обращаться к травнику-специалисту, все верно?

— Да, все верно. Достаточно набрать нужное количество листьев.

— А кто может знать, что это дерево так ядовито? Как вам кажется? Врач? Судебный медэксперт? Ботаник?

— Хороший вопрос. Конечно, специалист в области токсикологии знает все о тисе, но этот яд в наше время не особо используется. Сейчас мы обыкновенно имеем дело с отравлением барбитуратами, лауданумом, инсулином, стрихнином и даже цианидом. Но как раз в Кантабрии он широко известен в народе, его использовали, например, чтобы вызвать выкидыш у скота. А древние воины-кантабры держали его при себе на случай, если вдруг попадут в плен к римлянам. Чтобы покончить с собой.

— Ничего себе! – Все утро Ривейро не переставал удивляться, причем каждый раз все сильнее.

— Вообще-то, – доктор Барсена поднялся, словно давая понять, что разговор окончен, – тис должен быть для вас священным деревом.

— Простите?

— Вы разве не из Кантабрии?

— Да, я родился в Поланко и…

— Ну так это ваше священное дерево, ваш символ, сержант. Тис славится своим долгожительством и, по преданиям, символизирует бессмертие. Он может прожить тысячу пятьсот лет.