Книга Мрачные жнецы вечного департамента, страница 28 – Эдди Кан

— Погоди. Как тогда функционирует телевизионная компания, если жнецы, главный источник помех, буквально внутри нее? – Сонмин с интересом перевел взгляд на часто моргающую панель, куда Мун прикладывал карточку.

— Не забывай, что компания находится над землей. У нас нет допуска на верхние этажи, да нам там и делать-то нечего, наверху работают обычные обыватели и завербованные смертные. Поэтому наше присутствие никак не влияет на работу телевизионного медиагиганта. Вечный департамент находится глубоко под землей.

Лифт достиг нужного этажа и дернулся. Двери тихо раскрылись, впуская в кабину яркий свет из большого помещения с высокими потолками, откуда доносился шум голосов и топот большого количества ног. Однако, что происходило в холле департамента, Сонмин не видел, обзор загородила группа из шести-семи человек.

Напротив лифта стояли Мрачные жнецы. Ближе всего к дверям находился высокий худой мужчина с острыми чертами лица. У него была ухоженная укладка, волосы длиннее среднего, а взгляд казался холодным и совершенно безразличным. Мужчина был похож на ворона, если бы тот вдруг обернулся человеком. От незнакомца веяло скрытой угрозой, это был тот самый типаж, какой Сонмин предпочитал держать за решеткой.

— О, господин Пан, кажется, запахло шерстью! – рассмеялся кто-то из толпы, находящейся позади высокого незнакомца. Кому-то хватило ума спародировать собачий лай, на что остальные разразились хохотом. Мужчина в длинном пальто, стоящий во главе группы, не изменился в лице, но его прищур стал сильнее.

— Ну не-е-ет, – протянул Мун в ответ, и его улыбка напомнила оскал. – Запах крови и гробовой земли ощущается гораздо сильнее.

Кто-то в группе жнецов возмущенно всхлипнул, а кто-то выругался вполголоса.

— Просто гончие вернулись к ноге, – спокойно проговорил мужчина во главе группы – очевидно, тот самый Пан. – У нас новенький? – Он перевел взгляд на Сонмина.

Чон инстинктивно сжал кулаки, понимая, с кем в департаменте могут возникнуть проблемы, поэтому сразу решил обозначить границы.

— К счастью, не в вашем отделе, – так же холодно заверил Сонмин, слыша, как за спиной хохотнул Мун.

Лицо Пана осталось бесстрастным, но остальные жнецы резко перестали смеяться. В этот момент лифт издал привычный звонок, и двери начали закрываться. На разговоры времени не осталось, поэтому Сонмин и Мун вышли из кабины, а жнецы набились внутрь. Когда двери лифта закрылись и кабина поползла вверх, Чон перевел взгляд на напарника.

— Жнецы из отдела по контролю душ? – догадался он.

— Они самые, – фыркнул Те. – Снобы.

Вечный департамент, вопреки ожиданиям, оказался просторным и светлым. Двигаясь за Муном, Сонмин рассматривал высокие зеркальные потолки, матовый пол, квадратные колонны и мельтешение людей в деловой форме. Каждый был чем-то занят, и все сновали в спешке, отчего Чон испытал ощущение, что находится в полицейском участке в момент аврала. В департаменте кипела работа.

Главное помещение заполняли столы-ячейки, где жнецы письменно вели записи и сортировали какие-то документы. Никаких планшетов, компьютеров или проекторов Сонмин не заметил, но, даже несмотря на отсутствие современной электроники, у него было впечатление, что он оказался в продвинутой штаб-квартире.

В конце офиса располагался ряд стеклянных дверей с матовым покрытием. Рядом с одной из них Мун помедлил и пригладил небрежную прическу, хотя на фоне побитого лица и грязной одежды она смотрелась вполне уместно. Не успел Те постучать, как из-за стеклянной двери донесся крик, от которого едва не задрожали стены.