Книга Доброе имя, страница 32 – Наиль Выборнов, Семен Гражданцев

После чего немного порастягивался — хоть я и потренировался перед этим, но за прошедшие полчаса мышцы все равно успели чуть подостыть. Да и больше растяжки — не меньше растяжки. Не хватало только глупо травмироваться.

Попрыгал на скакалке, отметив, что вот это уже давалось не так сноровисто, как в юности — один раз даже позорно запнулся. Когда отложил снаряд в сторону, увидел, как с ринга спрыгнул мужик в спортивных штанах, застиранной майке и с полотенцем на плечах, направившись ко мне.

Тренер — а это, очевидно, был он — оказался подтянутым мужиком слегка за пятьдесят. Абсолютно лысым и, что интересно, белым. Я почему-то ожидал увидеть тут негра.

— Ну что, боец? Не в первый раз? — спросил он, взглянув на бинты на моих руках.

— В юношестве боксировал, но давно забросил. Хочу вернуться. Поможете?

Это не было каким-то подхалимством или вроде того — просто в моей ситуации без тренера будет действительно тяжко. Ведь техники, которую вдалбливали в мое тело, у меня больше нет, а со стороны я себя, естественно, не вижу.

Тренер хмыкнул, взял с лавки рядом пару перчаток и бросил их мне.

— Ну, давай посмотрим, что от тебя осталось. Видел, что ты уже размялся. Значит, бой с тенью.

Я натянул перчатки и начал упражнение. И почти сразу почувствовал в собственных движениях легкую неуверенность. Вроде бы я делал все, как хотел, но движения ощущались… недостаточно остро, что ли.

— Не красуйся, делай базу, — чуть прикрикнул на меня тренер. — Сейчас ты — новичок с опытом, а это еще хуже, чем просто новичок. Потому что у тебя руки помнят, а голова уже нет.

Если бы тренер знал, насколько сильно он ошибается. Потому что голова-то как раз все помнила прекрасно. А вот руки…

Но я послушал и перешел на простые движения. Сперва несколько двоек — джеб и правый кросс, не забывая про движения ног. Потом перешел на простейшие комбинации: джеб — джеб — кросс, затем сразу джеб — кросс — хук. Когда начало получаться более-менее уверенно, подключил уклонения и нырки.

— Стоп, — сказал тренер минуты через три, когда я, к своему удивлению, уже начал тяжело дышать. — Выбрасывай джебы резче, а не держи руку напряженной все движение. Не забывай доворачивать корпус при ударе. И не забывай, мать твою дышать. Все бы ничего, но как ты умудрился забыть, как дышать? Я вижу, что ты что-то умеешь, но это же гребаная база.

И тут я понял — а ведь я действительно не контролировал дыхание, потому что уже давно привык к тому, что это происходит автоматически. Только вот у тела Соко этот навык наработан не был, и оно периодически тупо забывало сделать вдох между движениями. Именно поэтому я начал выдыхаться уже через три минуты боя с тенью.

— Еще раунд. И дыши, бога ради, ты же не сопляк двенадцатилетний!

Я принялся работать, чуть скорректировав движения по советам тренера, но в этот раз осознанно следил за дыханием. И сразу же почувствовал разницу — нет, не в технике, она все так же хромала. В ощущениях. Потому что после второго раунда боя с тенью я уже не чувствовал себя загнанной лошадью.

Тренер заставил меня провести еще два раунда, начав давать подсказки прямо в процессе, бросая короткие фразы:

— Локти! Локти где⁈

Или:

— Двигайся, двигайся, не замирай после удара!

Посмотрев на мой стиль, он кивнул, что-то для себя решив, после чего махнул рукой, указывая, чтобы я шел за ним. Забрался на ринг, надел лапы. После чего я отработал три раунда уже по лапам, слушая его советы. Полностью отказался от сложных комбинаций, которыми баловался в юности, перейдя на голую базу — тело должно было сперва понять, как правильно двигаться. К концу немного запыхался, но было четкое понимание, что если бы я не начал снова контролировать дыхание — уже давно свалился бы.