Книга Доброе имя, страница 88 – Наиль Выборнов, Семен Гражданцев

— Твоя фраза звучит так, как будто после нее прозвучит «но», — спокойно произнес Найт.

— Да, сэр. У меня есть условие, — сказал я.

— Условие? — спросил Найт, и я впервые услышал в его голосе эмоции. И это было отвращение — кажется, он подумал, что я сейчас буду торговаться, чтобы выбить себе какие-то преференции на работе.

— Да, сэр. Мне нужно ваше слово, — сказал я.

— Мое слово? — а вот теперь в его голосе сквозило удивление. Кажется, я все же смог впечатлить до сих пор державшего лицо сержанта.

— Верно. Ваше слово. Что эта информация действительно будет использована. Я хочу, чтобы вы лично гарантировали мне, что ваш отдел сделает все, чтобы преступник понес наказание по всей строгости закона.

— И… это все? — с недоверием спросил сержант.

— Да. Сейчас я практически гражданское лицо, а значит, никак не могу повлиять на ход расследования. Но я не хочу, чтобы то, что мы добывали потом и кровью, рискуя жизнями, пропало даром. Гольдберг — очень состоятельный и влиятельный человек. И я не могу позволить, чтобы эти данные потерялись где-то в глубине ящиков конторских столов, придавленные пачками денег. Поэтому мне нужно ваше слово.

О Роберте Найте в участке не слышал только ленивый. Он работал в отделе убийств еще до того, как Соко стал детективом. И именно он стал там самым молодым сержантом за всю историю. Потому что раскрыл несколько громких дел кряду, продемонстрировав исключительное упорство и близкие к гениальным способности детектива.

Все знали, что он гоняет своих подчиненных в хвост и в гриву, но именно при нем показатели раскрываемости хомисайда выросли более чем на треть. А самое главное — среди тех, кого он закрыл лично, уже были громкие имена. А значит, бороться с системой ему не впервой. Если кто-то, не считая Спронга, в котором я и без того был уверен, и мог мне сейчас помочь, то это он. А значит, мне требовалось заручиться его поддержкой.

Найт помолчал несколько секунд, после чего хмыкнул и произнес:

— Не думал, что для кого-то в наши дни мужское слово еще что-то значит… Хорошо, Соко, будь по-твоему. Я даю слово, что я и мои подчиненные сделаем все, что в наших силах, чтобы засадить ублюдка по всей строгости закона. Я лично проконтролирую, чтобы из дела не пропало ни единой бумажки. Тебя устраивает такой ответ?

— Да, сэр, более чем. Я рассчитываю на вас. В течение двух часов в участок приедет мой напарник и привезет вам папку. А я, в свою очередь, готов оказать любую помощь в расследовании.

— Я услышал тебя, офицер Соко, — произнес он, после чего повесил трубку.

А я внезапно понял, что у меня на лбу выступила испарина. Вроде и разговор не был слишком тяжелым, а я все равно волновался — от него немало зависело. Да еще и Найт, даже не говоря ничего особенного, одним тоном умудрялся внушать какое-то странное уважение, близкое к благоговению. Непростой человек, определенно непростой.

Я снова сел на стул, откинувшись на спинку. Киллер, оказавшийся Шакалом, заговорил. Теоретически — отдел убийств мог уже сейчас запрашивать в суде ордер на арест Гольдберга. Но судя по оброненной Найтом фразе, они собираются «проверить информацию». Значит, Шакал пообещал им какие-то улики, неопровержимые доказательства. И сержант хочет иметь их на руках прежде, чем выдвигать обвинения Марти.