Книга Несбывшаяся жизнь. Книга 1, страница 58 – Мария Метлицкая

— Ладно, Васильич, – устало вздохнула Лиза. – Придет Полечка – пусть позвонит. А там, надеюсь, разберетесь.

Дымчик стоял у окна и тер руками лицо.

— Дим, езжай домой! Правда, езжай! С вами двоими мне точно не справиться.

Обиделся. Саданул дверью со всей дури.

«Ну и черт с ним, – подумала Лиза, меняя Анюте ползунки. – В конце концов, я ему не нянька».

Ночная смена в больнице отменялась. Полечка не звонила. Затаился и Васильич – впрочем, ему-то что: больной старик, у него и своих проблем хватает.

От Дымчика звонка она и не ждала.

Во-первых, обижен, что выгнала.

А во-вторых, позвонить – это значит предложить решение, найти выход, совершить действие. А на это он был не способен.

Лиза выкупала Анюту, накормила ее кашей, уложила в кроватку. Держа за ручку, спела песенку, но Анюта не засыпала. Лиза видела, что спать она хочет, но словно борется со сном: закроет глазки и снова откроет, как бы проверяя – здесь ли эта тетя, не отпустила ли руку, не ушла ли? Смотрела внимательно, будто по-взрослому. Да нет, какое там… Что она понимает, эта малышка? Понимать-то не понимает, но, может, чувствует?

Да нет, глупости.

Лиза поцеловала девочку.

— Спи, маленькая. Спи.

Наконец она уснула, и Лиза осторожно отпустила маленькую пухлую ладошку.

Накрыла ночник платком, проверила окна и вышла из комнаты.

В эту минуту звякнул дверной замок.

Ритка? Неужели вернулась? Или Дымчика совесть заела?

Но нет – это была Полечка.

Кивнув, Полечка сняла туфли и обула тапочки. Прошла в ванную вымыть руки.

Ни слова. Как будто Лиза виновата, что Ритка сбежала.

Кажется, Полечка здорово похудела, аж платье болтается. И совсем седая вся.

Она вышла из ванной и сухо спросила:

— Спит?

— Уложила, – кивнула Лиза. – А ты что в ночь? Я уже и не ждала. Приехала бы утром, ночью мы бы справились.

Ничего не отвечая, Полечка пошла на кухню и поставила чайник.

Лиза покорно пошла за ней.

На кухне, при ярком свете, она наконец хорошо разглядела Полечку. Разглядела и ужаснулась.

Сколько они не виделись – неделю, две? Но за это время Полечка изменилась до неузнаваемости.

— Ты болеешь? – осторожно спросила Лиза.

Полечка наливала чай.

— Будешь?

Лиза кивнула.

Полечка налила вторую кружку, села напротив и посмотрела на Лизу.

Грустно усмехнувшись, сказала:

— Болею? Да я умираю, Лизок. Рак у меня, четвертая стадия. Даже химию делать не хотят: говорят, не поможет. Таблетки дают, а все остальное отказываются. Даже в их, ведомственной, сколько раз Васильич звонил, а все без толку.

Лиза не могла вымолвить ни слова. Нужно что-то сказать, а слова застряли в горле, сцепились в колючий, как проволока, комок.

— Неужели ничего нельзя сделать? – она с трудом вытолкнула несколько слов. – Совсем ничего?..

Полечка глотнула чаю и покачала головой:

— Ну, если уж там, в ведомственной…

— А если не там?– резко сказала Лиза.– Не в вашей ведомственной? Ты думаешь, там лучшие врачи? Не уверена! К ним, знаешь ли… обычные доктора относятся с легким пренебрежением. Все блатные, а это, как понимаешь…

— Брось, – ответила Полечка, – а то я сама не понимаю. Все-таки около медицины всю жизнь, всего повидала… Ладно, Лиз. Не обо мне. Я как-нибудь… Но в обычную не пойду. Вонь, палаты на десять человек, медсестры и няньки хамят, вымогают! Нет, ни за какие коврижки. Належалась я в обычных районных, вспомнить страшно… А нам, Лизок, документы надо собирать. И побыстрее.