Онлайн книга «Чудо для Алисы»
|
— Она что, ку-ку? – подает голос Аллочка. Она игнорирует мою протянутую руку, брезгливо поджав красные пухлые губы. — Есть немного… – растерянно отвечает Богдан. Два коротких слова выжигают в душе огромную зияющую дыру. Мои плечи сгибаются под тяжестью ужасающей правды. Пульс набатом стучит в ушах, колени дрожат… Слезы скапливаются в горле горьким комом, я хочу ответить на унижение, но шепчу что-то бессвязное. Моя растерянность и беспомощность приводят Аллу в состояние неописуемого восторга, ее взгляд из равнодушного становится снисходительным. Ноги словно прирастают к земле, оглушенная обидой, я не нахожу сил обернуться на звук приближающихся шагов… — А теперь взяли ноги в руки и пошли вон отсюда! – звонким ручейком звучит голос Любани за спиной. — Баня, ты как здесь оказалась? – Мой возглас походит на жалкий писк. Люба Перепелкина – моя соседка и близкая подруга. Наши участки граничат между собой огородами, и Любаня может беспрепятственно приходить ко мне в гости. Очевидно, звук подъезжающей к моему дому машины пробудил в ней любопытство. — Привет, Лисенок, – бодро отвечает Люба, бросив уничтожающий взгляд на моих обидчиков. Любаня походит на предводителя женского партизанского отряда – щеки пылают румянцем, губы сжаты в тонкую напряженную линию, вязаная шапка нахлобучена до бровей. Смелость покидает Аллочку при виде большой лопаты для снега, зажатой в руках Любы. Девчонка размахивает ею, как флагом. — Вон отсюда! – гремит Люба снова. — Не очень-то и хотелось оставаться, – цедит сквозь зубы Алла. – Пойдем, Богдан! – Она по-хозяйски хватает парня за руку и тащит к машине. Когда парочка удаляется, Любанька поворачивается к Мирославу, стоящему в пяти метрах от «поля битвы». — А ты, любитель пельменей, что застыл, как снеговик? Не слышал – на выход! – взмахивает лопатой Люба. — Надо же, глазастая какая! – улыбается Мир, примирительно поднимая руки. – Я Лис не обижал, в отличие от этих… Причем здесь пельмени? Не понимаю, о чем Люба говорит, по большому счету мне все равно… Хочу, чтобы они все ушли… Сдерживаю подступившие слезы обиды и разочарования. Чтобы не расплакаться, крепко сжимаю собачьи поводки, уставившись под ноги. Скольжу носком по снегу, стирая следы чужих ботинок и модных остроносых сапожек… Они наследили не только в моем дворе… Глупая доверчивая Перепелкина поддается чарам Мирослава. Они хихикают и активно жестикулируют. Наверное, беседа увлекательная, потому что воинственный настрой покидает Любу, сменяясь интересом к парню. Она убирает лопату подальше за ненадобностью. Хочу, чтобы они ушли… Хочу остаться одна. Атмосферу безобидного флирта нарушает появление Богдана. Его высокая грозная фигура вырастает в проеме калитки так неожиданно, что я вздрагиваю. Разве они не уехали? Богдан молча подходит ко мне, забирает поводки и передает их застывшим с открытыми ртами Миру и Любе. Парень возвращается, хватает меня за руку и тащит по тропинке в дальний угол сада. Его горячие сухие пальцы обхватывают мою ледяную дрожащую ладонь. Мы идем мимо колодца, старого кирпичного сарая и останавливаемся возле засыпанного снегом пластикового стола и стульев. Я застываю на месте как истукан и опускаю голову – не хочу, чтобы подлец видел мою слабость. — Алиса, прости меня, – выдавливает он хрипло. – Я сказал редчайшую глупость и очень сожалею. Ты почему-то приняла это дурацкое сравнение на свой счет. И дедушка Никита расценил мои слова как оскорбление… Послушай… |